Когда для всех нас, живых и мертвых, настал официальный государственный реабилитанс, Леонида Павловна сразу же пришла в архивное управление СБУ и потребовала ксерокопировать для нее все материалы следственного дела Ивана. Затем отдала все это мне, "на хранение". Не верила она и новой украинской власти. Были у нее на то основания.

Нет уже и Леониды Павловны. Ушла в мир иной, к Ивану. Славно им там вдвоем, я уверен. Они ведь почти не были вместе, так и жизнь прошла, в письмах, коротких свиданиях и долгой болезни Ивана Алексеевича. Ушла, оставив нам несколько книг Ивана и об Иване. Нам, рассыпанным по городам Украины нескольким сотням людей, помнящим их. Любящим их. Нескольким сотням, не более. Такая страна.

И в болезни Ивана, и после его смерти Леонида Павловна часто повторяла: "Он не пошел бы в политику. Он бы и в новой стране оставался независимым..." Думаю, так бы и было.

Господи, как много вокруг профессиональных патриотов. Как правило, небедных и вполне успешных. Сладкоголосых и порочных. Понимаю, их время. Время насыщения и поглощения. Время высоких пенсий у состарившихся палачей и привычной нищеты их жертв.

Я действительно любил Ивана. Славного моего учителя, не позволившего мне уйти в ненависть, требовавшего - писать! Писать там, в лагере, украдкой. Он - научил меня жить в свободе. Там - в свободе.

Он дал мне множество неоценимых уроков. В их числе урок терпимости. И другой, очень важный урок - нравственного поведения в безнравственной ситуации. Там, стоя в развалинах лагерной вахты, построенной еще сталинскими зэка, он читал мне вслух срывающимся от волнения голосом своего "Курбаса". И я понимал, первый его ученик, что слушаю Историю...

Этой осенью ему бы исполнилось 80 лет. Только 80. Тоскливо мне без него в этой стране. Очень тоскливо.

Автор - Семен Глузман