Как культовый арт-дворик на Ильинской, 16 в Киеве провел свое последнее лето

3703
18 вересня 2017

Одна из основных неформальных площадок Киева – арт-дворик на улице Ильинской,16, – судя по всему, со следующего года прекращает свою деятельность.

Причина банальная – активизация застройщика, а вот реакция – небанальная. "Помирать – так с музыкой", решили организаторы. И провели 50 событий за одно лето 2017 года, и все – абсолютно бесплатные.

Саунд-дизайнеры этих праздничных поминок –  Вика Журавлева и Ян Голубь, редактор и директор независимого интернет-канала betv, организаторы пространства дворика на Ильинской, 16.

Вместе с ними УП.Культура гуляет по старым лестницам, беседует о красоте "умирания" и прощается с любимым многими уголком Киева, которого совсем скоро не будет.

– Как давно betv въехало в помещение на Ильинской, 16 и в каком виде дворик функционировал до вас?

Вика: Мы тут находимся с 2011 года, а перед нами была галерея "Цех".

Когда мы въехали, здесь уже вовсю проходили концерты в "Контрапункте" и "Эфире", расположившихся в соседних помещениях. Мы же до этого занимались только съемками, работали как интернет-канал, а первые концерты начали делать уже в 2012 году.

Вика Журавлева и Ян Голубь. Фоторепортаж: Дмитрий Ларин

– Откуда в принципе возникла идея проведения концертов?

Вика: Мы, собственно, всегда к музыке тяготели, делали съемки концертов. Сам канал существует с 2009 года, и прямые трансляции концертов тогда еще были всем в новинку.

Потом, уже в 2012 году был период, когда мы придумали делать интернет-телевидение с full-time вещанием. Пытались составить такую сетку программ, чтобы нам самим было интересно смотреть и другим показывать – тоже.

Было около 4-5 программ – литературно-культурных, урбанистических и музыкальных.

"Мы всегда тяготели к музыке"

– Эта ваша деятельность была направлена на то, чтобы предоставить зрителю альтернативный контент?

Вика: Нам казалось, что это интересно. Когда стало ясно, что телевизор себя исчерпал, и нужно искать какие-то новые интересные форматы, все думали, что именно интернет может занять эту нишу.

Но жизнь показала, что интернет тоже способен превратиться в нечто унылое. В общем, мы перестали этим заниматься.

Ян: Вообще, все начиналось с мечты о телевидении здорового человека в том месте, где мы живем. А если хочется чего-то хорошего, сделайте это себе сами.

Какое-то время мы делали все, чтобы этим телевидением быть. А через некоторое время мечта потеряла свою актуальность. Казалось, она настолько безумная, что рассчитана на долгие годы.

Но когда эти годы наступили, актуальность ушла. Одно название осталось…

"С 2013-го выходила программа Джеммикс news, летом – во дворике"

– Название, кстати, вполне жизнеутверждающее – все-таки, от глагола "быть". Как оно возникло?

Ян: "To be or not to be". Хорошее словосочетание из четырех букв, которое было свободно в интернете на момент регистрации домена.

Вика: На самом деле, где-то в далекой Бельгии существует телевидение с тем же названием, и поэтому я регулярно получаю письма от разгневанных подписчиков: "Вот я вам заплатил за полгода, а вы мне трансляцию отключили"

– То есть история с концертами в арт-дворике на Ильинской, 16 оказалась более живучей? Начавшись в 2012-м, к 2017-му она, кажется, ничуть не утратила своей актуальности.

Вика: В 2012 это был цикл программ к фестивалю "Трипільське коло", мы их снимали во дворе (живая музыка, прямой эфир).

А с 2013-го у нас около года выходила программа Джеммикс news (ведущий Анатолий Вексклярский – dj Толя, 3 музыкальные группы в каждой программе плюс гости). Летом мы тоже это делали во дворике. Люди нередко заходили "на звук", посмотреть и послушать.

В 2014 и 2015 уже был фестиваль "16+", а в 2016 и 2017 мы перевели его в формат уикендов на все лето. В этом году получилось совсем интенсивно.

"В 2014 и 2015 уже был фестиваль "16+"

– Сколько в этот раз всего прошло мероприятий?

Вика: Около пятидесяти за все лето. Музыка, кино, анимация, выставки (например, работы Павла Лисовского), презентации (одна из них – проекта издательства "Гипертелия"), афтепати Украинского павильона Венецианской биеннале, фестиваль "Bass fest".

– Для меня Ильинская, 16 всегда была местом встреч. Пространством, где люди могли знакомиться на творческой основе. Как я понимаю, многие музыканты перезнакомились благодаря вам.

Вика: Очень часто люди знакомились в процессе подготовки всяких безумий. Например, когда мы готовили оперу ХЗВ "Розовый бутон", здесь в течение месяца ее участники жили. Иногда ночевали, иногда уезжали домой.

Вот этот рукав дворика, в котором обитает бар, существует с 2015 года. До этого все тусили на студии, потому как здесь была помойка до второго этажа.

Мы тогда вывезли пять самосвалов мусора, и культурные слои просматривались вплоть до позапрошлого века – какие-то остатки швейной фабрики откопали.

– На каких условиях все это время существовали культурные инициативы на Ильинской, 16? Аренда или сквот?

Вика: Никаких сквотов, только аренда. Тут на втором этаже раньше было несколько мастерских художников, ещё до пожара 2014-го.

– Неизвестно, почему он случился?

Вика: Почему, известно, из-за проводки. Все банально, никаких поджогов.

Сейчас эти помещения пустуют, так как на восстановление надо было большие деньги потратить, а зачем вкладываться, если ты тут на птичьих правах.

Это частная территория, давно выкупленная под строительство. До поры до времени отсутствовал инвестор, потому и продлевали аренду, но мы были готовы к тому, что каждый год может стать последним.

"Это частная территория, давно выкупленная под строительство"

– Я как-то не очень представляю вас без этого дворика и дворик без вас. Есть ли внутренняя готовность его покинуть?

Вика: Я сейчас уже не могу разобраться в своих чувствах. С одной стороны, уже вросла корнями. С другой – закат римской империи и декаданс. Все рушится, съехали люди.

– Может, стоит найти новую мечту? Каким мог бы быть новый формат вашего арт-дворика, если это не Ильинская, 16?

Ян: Не Ильинская, не дворик и не формат. Я могу себе представить большой комплекс, сочетающий в себе чуть ли не по этажам – высокое искусство, среднее (средненькое) искусство и низкое искусство.

Вика: Порностудия будет в подвале.

Ян: Нет, мы ее на фасад вынесем. Надо же как-то зрителей привлекать. Концертный зал а-ля Филармония на Эльбе. Только не на Эльбе, а на Днепре. Вся белая, и там поют много всего от красивых классических музык до некрасивых неклассических.

 "Хорошая судьба камерных проектов – быть забальзамированными, а потом уползти и умереть в сторонке"

– Сколько гектаров вам под это нужно?

Ян: Даже не знаю. В гектарах я не мерял. Мы же про мечту, а мечта в гектарах не измеряется.

– Интересно, выросли ли за годы существования betv у вас обоих потребности, связанные с проектом? Стали ли они более смелыми, или наоборот – более камерными по сравнению со стартом?

Ян: Проекты, стартовавшие как камерные, камерными остаются. Хорошая судьба камерных проектов – быть забальзамированными, а потом уползти и умереть в сторонке, потому что иногда они начинают разлагаться еще при жизни, и плохо пахнет всем.

"Хорошая осень – когда здесь никого нет"

– Были у вас такие безумные мечты, которые изначально казались чем-то вообще дурацким, странным, но почему-то вы это делали – и получалось?

Ян: Да практически все.

Вика: Слабоумие и отвага – наше кредо. Начиная с фестиваля "16+" в 2014-м. Мы его в такое время делали, что всем как-то не до культуры было. Нам звонили и рассказывали про танцы на костях.

– Кстати, название фестиваля "16+" в связи с адресом возникло? Публика не воспринимала буквально, как ограничение по возрасту?

Ян: Спрашивали, можно ли с детьми. Пару раз уточняли на ФБ, нет ли ограничения на вход до 16 лет. Но в целом все восприняли адекватно.

– История Ильинской, 16 – в первую очередь, летняя. Как и чем живете осенью?

Ян: Хорошая осень – когда здесь никого нет. Осенью куча мероприятий, с 2012-го каждый год снимали ГОГОЛЬFEST, Неделю моды, конференции и музыкальные ярмарки.

"Слабоумие и отвага  наше кредо"

– Если хорошая осень – когда здесь никого нет, то хорошее лето – это когда все здесь. Этим летом отгремели на славу…

Вика: Мы решили так: сгорел сарай – гори и хата.

Ян: Мы всегда себя скромненько подавали, пытались не сильно светиться. А тут стало понятно, что терять особо нечего. Даже если нас отсюда выгонят – то пусть это будет красиво.

Недавно заходил администратор и сказал: "Вами забит весь facebook. Вы его хоть читаете?"

– В этом году все мероприятия были бесплатными. Почему не пытались заработать?

Вика: Это всегда так было. Два фестиваля прошли с билетами, а все остальное – со свободным входом. Я считаю, что те музыканты, которые у нас выступают, достойны билетов по 500, 600 и 700 гривен, а платить по 50 гривен – это обесценивание труда. Когда бесплатно, это честнее.

Ян: Бесплатно – это акт дарения. На фестивали за 1500 идут, условно говоря, на The Prodigy. Там, где The Prodigy нет, билет на фестиваль за 1500 ты не продашь. Собрать украинский лайн-ап за эти деньги просто невозможно.

Переходный период сейчас. Людям нужно что-то дать для того, чтобы у них что-то взять. А зарождающийся украинский шоу-бизнес хочет только брать.

На наши концерты попадает много случайных людей, которые за деньги бы на них не пришли. Часть потом уходит навсегда, но некоторые возвращаются.

– Вернемся к ситуации с вашим двориком. Скажем, есть у вас 5 миллионов гривен...

Ян: 5 миллионов гривен – это мало.

– Ну, 10 миллионов.

Ян: Тоже мало. Меня бы устроило, если б свалилась сотка.

– Сто миллионов евро? Ну, знаешь. Прибить может, если свалится. Тогда что это будет за событие? Кого ты привезешь, чем ты его наполнишь?

Ян: Это не будет событие. Это будет место, которое генерирует события. Площадка, продюсерский центр, люди, которые генерируют траффик зрителей, рассказывают, почему это хорошо, привозят примеры того, что хорошо, и находят то, что может быть хорошо, но у него не хватает сил, денег, понимания, как довести это до ума и вывести на нужный уровень.

"Стало понятно, что терять особо нечего. Даже если нас отсюда выгонят – то пусть это будет красиво"

– Фактически, если классические музыканты все как один просят новый акустический зал, которого нет в Киеве, то тебе нужен целый комплекс, где будет еще и звукозапись...

Ян: Да. Где можно посидеть и пообщаться, потусить, если надо – переночевать, завязать контакты, всем вместе напиться – это тоже помогает.

– Фактически, место творческого общения?

Ян: Да, это место общения. Ильинская, 16 – прообраз такого места. Я же был на других фестивалях, на других концертах, где здрасьте – распаковались – проверили звук – отыграли – запаковали – до свидания – уехали.

А здесь всегда остаются, разговаривают, находят каких-то других музыкантов, они спорят. "А давай вместе в следующий раз", и получается какой-то процесс бурления, когда что-то все время, кто-то с кем-то о чем-то разговаривает для того, чтобы получилось что-то третье.

– Ну а пока сто тысяч не свалились, что будете делать?

Вика: На Подоле есть масса мест похожих, чтобы и рядом с метро, и без жилых домов. Чтобы закрыто и открыто одновременно. Так что найти что-то новое реально, главное – сформулировать новые требования.

Возможности есть, атмосфера создается людьми, вопрос только – нужно ли это все. Может, чему-то надо дать умереть спокойно.

Любовь Морозова, специально для УП.Культура

Фоторепортаж: Дмитрий Ларин

powered by lun.ua

Головне на сайті