"Мы остановим эпидемию...". Репортаж из пункта тестирования на ВИЧ

2426
1 грудня 2017

Накануне Всемирного дня борьбы со СПИДом корреспондент "Украинская правда. Жизнь" пошла провериться на ВИЧ в пункт бесплатного тестирования.

Заодно она узнала, как люди зачастую реагируют на положительный диагноз, почему ВИЧ-инфицированные не хотят принимать терапию и какие мифы о ВИЧ до сих пор живут в обществе.

Главный киевский пункт в котором можно быстро и бесплатно провериться на ВИЧ, находится недалеко от станции метро "Политехнический институт" и курируется благотворительной организацией AHF Ukraine.

AHF – одна из крупнейших неправительственных организаций, которые оказывают поддержку ВИЧ-инфицированным. Бесплатное тестирование лишь одно из направлений их деятельности.

Пропустить пункт невозможно – на здании, где он находится, висит большой плакат с надписью "Нокаутуй ВІЛ".

 

Координатор программ профилактики и тестирования на ВИЧ Юлия Квасневская рассказывает, что пункт работает с 2015 года.

За это время количество посетителей значительно выросло – если в начале тут тестировали 70-80 человек в месяц, то сейчас около 800 человек ежемесячно.

Особенно перед 1 декабря – Всемирным днем борьбы со СПИДом – в это время в пункт часто захаживают люди, которые просто проходили мимо, увидели плакат и решили провериться на ВИЧ.

Юлия Квасневская работает с ВИЧ-инфицированными уже около 15 лет. Миниатюрная женщина в очках, с мягким, успокаивающим голосом – наверное, он тоже часть ее работы, ведь Квасневская проводит консультации с теми, у кого оказывается положительный диагноз. Реакции на него бывают разные.

 

– Это слезы, бывали и обмороки, бывало, что бросались на того, кто делал тестирование... Мы даже завели себе тревожную кнопку, – рассказывает Квасневская.

Со слезами справиться проще всего. Чаще всего мы сталкиваемся с отрицанием, особенно, если человек не был в группе риска. Тогда он просто не понимает, как это произошло.

С этими людьми работать тяжелее, потому что как раз эта группа окутана мифами. Они думают, что жизнь кончилась, впадают в депрессию. Мы объясняем, что такое лечение, почему это важно, почему это спасет не только вашу жизнь, но и окружающих.

У нас есть еще помощники – ребята, у которых ВИЧ. Иногда мы их вызываем и они сопровождают человека, у которого диагноз. Они своим примером показывают, что у них все хорошо, есть дети и это просто следующий этап. Вы жили без ВИЧ, теперь вам надо научиться жить с ВИЧ.

РАЗБЕЙТЕ МИФЫ

Тестирование проходит в небольшой комнатке.

В пункте работает шесть человек – днем здесь только медицинские работники, а во второй половине дня приходят, например, люди из ЛГБТ-сообщества, которые рассказывают, как важно тестирование.

С пунктом сотрудничают студенты-волонтеры, которые приглашают на тестирование своих знакомых. Они рассказывают людям, что здесь все быстро и анонимно, а еще выдают бесплатные презервативы – большой бонус, особенно для студентов.

Презервативы лежат в ящике возле стены, он наполовину пуст, хотя день только начался.

Ящик с презервативами наполовину пуст, хотя день только начался

Квасневская предлагает сделать мне тестирование, я соглашаюсь, но переживаю – кто знает, каким может быть диагноз?

– Не переживайте, я вам проведу консультацию и расскажу, как дальше жить с ВИЧ, – смеется Квасневская, распечатывая тест.

Для тестирования нужен сам тест, скарификатор для забора крови из пальца и проявитель.

Мы делаем тест на четыре инфекции – гепатит С и В, сифилис и ВИЧ. Такой тест предлагают обычно людям, которые употребляют наркотики. Для остальных же используется моно-вариант – только тест на ВИЧ.

– Мы проводим консультации, чтобы понимать, что человек знает о ВИЧ, –  говорит Квасневская. – Но конечно, если я проведу вам лекцию на полтора часа, то на второй минуте вы начнете втыкать в потолок.

Поэтому я иногда задаю такие, провокативные вопросы. Например: "Что вы будете делать если вас укусит ВИЧ-инфицированный комар?". Вот вы смеетесь, а люди, как правило, пугаются.

– Какие мифы до сих пор очень распространены?

– Недавно одна учительница попросила провести в школе лекцию, как правильно поднять с пола режущие предметы, чтобы не инфицироваться ВИЧ. Я попыталась ей мягко объяснить, что за всю историю ВИЧ – не только в Украине, а и в мире – не было зафиксировано ни одного случая инфицирования таким образом.

До сих пор люди боятся есть с ВИЧ-инфицированным из одной посуды, или ходить в туалет. Эти мифы еще очень сильны.

Отдельные страхи – это заразиться через шприцы в кинотеатрах и маршрутках, и здесь я очень "благодарна" нашим СМИ, которые эту страшилку транслировали.

Некоторые боятся, что заразятся ВИЧ на тестировании. Мы объясняем, что это невозможно. Вообще, случаев заражения через медицинские манипуляции в Украине с 1987 года было зафиксировано аж 17.

– Мне в школе рассказывали, что заразиться ВИЧ можно даже на маникюре.

– Через маникюр это невозможно. При маникюре не происходит глубокого проникновения под кожные покровы.

Опасность несет пирсинг и татуаж, но только в случае каких-то кустарных методов. Если вы пришли в салон, то такая вероятность минимальна. Официально ни одного случая заражения после пирсинга или тату не было зафиксировано.

Квасневская протирает мне палец спиртовой салфеткой, ждет пару секунд, пока высохнет спирт и быстро делает укол скарификатором. Крови нужно совсем немного – пара капель для каждого отделения.

Квасневская наливает проявитель в кровь. Я гипнотизирую тест.

– Обычно я не разрешаю людям смотреть, пока проявляется тест, потому что они вот примерно как вы гипнотизируют его, – смеется она.

 

Тест проявляется быстро – на всех четырех позициях одна полоска. Я непроизвольно вздыхаю с облегчением.

Квасневская записывает мои данные в журнал – фамилию и имя, год рождения, данные о постоянном партнере и дату последней проверки на ВИЧ.

Диагноз – будь он хоть положительным, хоть отрицательным – в журнале не пишется.

Специалист рекомендует проходить тестирование хотя бы раз в год, а людям из группы риска – раз в полгода.

– Какие люди приходят к вам на тестирование?

– Разные. Однажды к нам даже пришел мужчина без определенного места жительства.

Приходят парами и я очень этому рада – мы вообще стараемся мотивировать на партнерское тестирование и, что немаловажно, чтобы люди сразу друг другу его показывали. Иногда приходят втроем – все же, партнерства бывают разные.

Но говорить партнеру о диагнозе готовы далеко не все. У меня была девочка, которая жила с партнеркой, пришла провериться – у нее ВИЧ. Она плакала, мы ее уговаривали привести партнерку провериться – хоть среди женских однополых процент ВИЧ-инфицирования минимален.

Эта девочка плакала и говорила нам: "Я не могу ей сказать, что у меня ВИЧ, она меня бросит". В итоге партнерка пришла, проверилась, с ней было все в порядке. Не бросила.

ТОРГОВЛЯ С ВИРУСОМ

В соседней комнате находится офис организации, здесь также висят плакаты против ВИЧ.

Юлия Квасневская рассказывает, что пока такие пункты бесплатного тестирования работают только в Киеве, хотя, конечно, в планах, разрастись по регионам.

Бесплатное тестирование делают не во всех больницах, плюс некоторые до сих пор пользуются устаревшими практиками, когда результатов анализов нужно ждать от трех дней до недели.

Квасневская поясняет, что если человека направили на тестирование по указанию врача, то такое долгое ожидание очень вредит – без анализа врач не понимает, почему болезнь стоит на месте.

 

– Среди людей, которые приходят сдавать тестирование, больше ВИЧ-положительных или отрицательных?

– Если бы было больше положительных, это была бы катастрофа! – говорит Квасневская. – Мы говорим, что остановим эпидемию, когда поставим на учет всех ВИЧ-инфицированных.

Я не могу сказать, что эпидемия ВИЧ пошла на спад – нет, скорее, она стабилизировалась. Сейчас мы чаще выявляем ВИЧ у людей в возрасте 50 лет — это те люди, которые могли заразиться ВИЧ еще в 90-е, а он проявился только сейчас. Мы пытаемся таких людей мотивировать позвать мужа, жену, детей, внуков – не всегда это получается.

Помимо нежелания людей говорить своим партнерам о диагнозе, многие не хотят принимать терапию.

Медицинский директор пункта Ярослава Лопатина более 15 лет проработала инфекционным врачом. Она рассказывает – от терапии отказываются часто и по разным причинам.

– Человек вообще всегда не хочет лечиться. Пациенты с ВИЧ-инфекцией в этом плане ничем не отличаются, – рассказывает Лопатина. – У них еще накладывается фактор стигматизации общества, самостигматизации. Чаще всего, они не верят в инфекцию.

Или начинают торговаться с вирусом. Это, конечно, нелепо, но так делают. Например, человек вел какой-то плохой образ жизни. Принимал наркотики. И вот он себе говорит: все, я перестану принимать наркотики, буду вести здоровый образ жизни, прыгать в прорубь и пить витамины.

Это, конечно, хорошо, но почему-то человек считает, что если он стал хорошим, то вирус пойдет ему навстречу и исчезнет. Но так не бывает. Просто в обществе сложилось мнение, что ВИЧ – это болезнь плохих людей.

Для того, чтобы уговорить человека принимать терапию, приходится использовать шок-контент – например, подробно рассказывать, что ждет человека в будущем. Но есть еще одна проблема – это внутренний страх перед таблетками.

Им нужно объяснять, как работает терапия, как действует вирус. Не всех удается убедить. Многие все понимают, но им это не нравится, они хотят быть здоровыми, они хотят избавиться от ВИЧ. Но, к сожалению, это невозможно.

– Когда у вас ВИЧ, вы должны понимать, что вы можете дожить до 80 лет и увидеть, как женятся ваши внуки, а можете не увидеть, как выростут ваши дети, – подключается к разговору Квасневская.

Да, терапия – это до конца. Но когда наступит этот конец – вы выбираете сами.

 

НАУЧИТЬСЯ ЦЕНИТЬ ЖИЗНЬ

Антивирусная терапия появилась в Украине в нулевых и с тех пор количество путей передачи ВИЧ-инфекции сократилось.

Например, сейчас, вероятность передачи ВИЧ от матери к ребенку, если мать принимает терапию, составляет всего 4% – хотя раньше это было 25-30%, рассказывает Квасневская.

Терапия также снижает риск передачи ВИЧ половым путем – поскольку она подавляет вирус, он пассивен, а для того, чтобы заразить другого человека, вирус должен быть активен.

И тем не менее, основные пути заражения – это все же незащищенный секс.

По словам Квасневской, есть определенная градация рисков. Оральный секс считается менее опасным, затем идет вагинальный секс, а наиболее опасен анальный секс с проникновением. Именно поэтому в группу риска всегда входят геи.

– И, конечно, изнасилования, – вздыхает Квасневская. – Особенно мужские, в последние время их стало больше.

Был у меня один случай – мальчик один, красивый был, очень. Знакомый его позвал к себе, сказал, что хочет отдать долг, он пришел, и еще видел, что там какие-то два мужчины в соседней комнате, неприятные.

Налили ему стаканчик кваса и все, он потерял сознание. Очнулся заломанный, с вывернутыми плечами. Изнасиловали.

Я щипцами из него все вытягивала. Говорю – иди в полицию. Он – да куда я пойду? У нас женщина часто не может пойти и заявить в полицию об изнасиловании, а мужчина вообще никогда не пойдет.

Квасневская вспоминает, как один раз к ней пришла девушка, которая пережила групповое изнасилование и, к сожалению, у нее диагностировали ВИЧ.

С такими случаями работать всегда тяжело – жертва, как правило, почти ничего не помнит, потому что блокирует эти воспоминания. И понять, кто же был ВИЧ-инфицированным, становится невозможно.

– Вы работаете в этой сфере так долго и постоянно сталкиваетесь с чем-то самым плохим в этой жизни. У вас не было желания уйти, вы не устали?

Квасневская задумчиво улыбается.

– Знаете, я когда только начинала работать, у меня в ящичке лежал пузырек с болгарской валерьянкой. Нам в конце месяца привозили свидетельства о смерти, я их структурировала. И я сидела, читала, видела фамилии людей, с которыми я еще две-три недели назад говорила. А они умерли.

Квасневская замолкает, а потом продолжает.

– Но зато ты начинаешь ценить жизнь. Очень сильно ценить. И право выбора. Потому что у каждого человека он должен быть. И ты не можешь ему его запретить.

Юлиана Скибицкая, журналистка, специально для УП.Жизнь

powered by lun.ua

Головне на сайті