Анатолий Осмоловский: "90 процентов современного искусства – вообще не искусство"

45
9 лютого 2009

Художник, куратор, теоретик Анатолий Осмоловский, в 90-тые был одной из самых радикальных фигур российского арт-процесса. 

Лидер движения ЭТИ (Экспроприация территории искусства), координатор революционной конкурирующей программы "Нецезюдик", редактор журнала "Радек". Самые знаменитые акции на Красной площади в 1991 году - выложенное телами слово "Х*Й", вывешенная на Мавзолее надпись "Против всех".

В двухтысячные Анатолий Осмоловский остепенился и увлекся формальными поисками в области современного искусства. И добился признания. В 2007 году получил премию Кандинского за объекты "Хлеб" и "Изделия".

- Хотелось бы услышать несколько слов о ваших работах представленных на выставке в PinchukArtCentre.

- Серия "Изделия" - это упрощенные, освобожденные от своей фурнитуры формы башен танков. Что такое башня танка? Это определенный предмет, который делают не дизайнеры, а инженеры, потому что танки не производят для свободной продажи как автомобили.

Для автомобиля необходим дизайнер, что бы сделать привлекательную форму. Танк интересен только в смысле броненепробиваемости.

В отличие от самолета, который должен летать и это связано с  жесткими параметрами внешнего вида, у башен танков свободные параметры конфигурации, и здесь фантазия может разыграться.

Инженеры создают их, исходя из своего вкуса, приоритетов, и делают это бессознательно.

Из серии Изделия, 2007 год. Фото http://www.kandinsky-prize.org/
Эта область показалась интересной для исследования, каким образом на мышление инженеров воздействовала и воздействует эстетика конструктивизма и авангарда начала века.

Другой задачей было выяснить влияют ли на конфигурацию башен какие-то национальные специфики.

Русские башни всегда круглые, нигде в мире не строят круглых башен. Конечно, это связано с российской менталитетом, с его любовью к круглым куполам церквей. А еще у русских витязей шлемы всегда были круглые.

Если внимательно приглядеться, то каждое строение имеет свою национальную специфику. Когда все выставлено вместе, в "Изделиях" представлены десять стран, интересно наблюдать за различиями в менталитете.

- Вы говорили о том, что наличие музея современного искусства способно отменить революцию.

- Современное изобразительное искусство, в некоторых своих проявлениях, имеет отношения к оппозиционным движениям. Оно их структурирует, и, таким образом, протестные импульсы становятся более рефлексивными, и одновременно лишаются фашизоидной разрушительной силы.

Вывешенная на Мавзолее надпись "Против всех". Фото moikrug.ru 

- Что касается протестных импульсов, создается впечатление, что террористы окончательно перехватили инициативу у художественного авангарда...

- Композитор Карл Хайнц Штокхаузен после 11 сентября сказал, что любой художник мог бы позавидовать террористам. Был гигантский скандал. Я задавался вопросом: имеет ли эта фраза отношение к сути проблемы?

Действительно ли художник позавидовал бы этому мероприятию? Ответ отрицательный. Это террористическое, политическое высказывание. Когда художник совершает радикальный жест, ему могут возразить сказать: а 11 сентября было круче.

И художественный жест дискредитирован. После 11 сентября многие стали говорить, что это кинематографично, очень художественно. Есть в этом гигантский элемент цинизма, в невосприятии того страшного политического месседжа арабских террористов. И политическое искусство за это в ответе.

На мой взгляд, подлинная позиция художника заключается в том, что бы заниматься самим собой. Это, естественно, не утверждение, а гипотеза.

Если художник занимается автономным искусством, он влияет на общество. Создавая свою независимую область деятельности, он утверждает, что политическая оппозиция имеет право быть в автономном режиме относительно государственной власти.

Это не прямые, а теоретически-философские связи, но со временем они начинают взаимодействовать.

Например, если бы в России автономное искусство существовало бы хотя бы в течение двадцати лет, то и политическая оппозиция реально бы существовала. Сейчас оппозиции в России нет, не потому, что все прогнулись под Путина.

Возглавляемая Осмоловским группа "ЭТИ" выкладывает своими телами на Красной площади слово "Х*й" - одна из самых ранних (и самых известных) акций Осмоловского (1991 год). Фото guelman.ru
Есть огромное количество людей, которым он не нравится. Но эта оппозиция неэффективна, она не является в подлинном смысле оппозицией.

Именно поэтому она очень часто скатывается в хулиганство или в откровенную глупость. И, конечно же, это отсутствие оппозиции является культурным, фундаментальным, глубинным аспектом российской жизни.

То же самое было и при Сталине. Нам говорят, что Сталин поставил к стенке всех оппозиционеров. Я интересовался теми событиями и знаю - троцкистов, бухаринцев и прочих оппозиционеров не поддерживал народ. Людей, готовых разделить их идеи, было очень немного.

Проблема отсутствия оппозиции в России связан с тем, что в там искусство долгое время не существовало в автономно.

- В статье в "Художественном журнале" Вы отстаивали право на получение удовольствия от искусства. Почему?

- У нас были большие споры внутри, условно говоря, круга левых художников. Полемика была связаны с тем, что художники, в силу своей профессиональной ориентации, вынуждены иметь отношения с богатыми людьми.

Наши теоретики и философы этим художников попрекали. Достаточно глупая позиция. И, в конечном итоге, этот спор вышел на то, чем искусство занимается и какой эффект оно оказывает.

Не важно, коллекционирует предметы искусства частный музей или государство. Важно, что сам факт коллекционирования демонстрирует будущим поколениям изменения форм мышления людей в ту или иную эпоху.

Но в силу того, что произведение изобразительного искусства материально, мы в каком-то смысле находимся на содержании у капитала.

Крупный капитал всегда содержал изобразительное искусство: во времена Леонардо да Винчи, египетских фараонов и в современную эпоху. При этом изобразительное искусство, как и любое другое, обращается не к капиталистам, а ко всем людям. То есть, оно не выполняет заказ какого-то конкретного политического класса и политического слоя.

"Леопарды врываются в храм", галерея "Риджина", 1992 год, Здесь и далее фото с сайта osmopolis.ru
Не нужно преувеличивать критическую составляющую современного искусства. Нужно понимать, что искусство связано с определенным классом, но художник превращается в дизайнера, если начинает работать на потребу того или иного заказчика. Настоящий заказчик для него, это логика развития форм, история искусства...

От современного искусства нужно учиться получать эстетическое удовольствие, это требует умения также, как и получение удовольствие от смотрения классических картин.

- Существует мнение, что гранты развращают, особенно молодых художников.

- Я так не считаю. Гранты молодым художникам необходимы.

"Война продолжается", кураторский проект Анаталия Осмоловского, 1993 год

Будучи в свое время молодым художником, посредством грантов я выживал, в физическом смысле этого слова.

Давно живу за счет продажи собственных объектов, но при этом стараюсь тратить на организацию художественной ситуации: сейчас собираюсь издавать журнал посвященный литературе, искусству и музыке.

Читаю лекции для молодых художников, проекты курирую. Деньги расширяют возможности, только этим необходимо правильно пользоваться.

Если художник, зарабатывая деньги, начинает их тратить на кокаин с черной икрой, это достойно сожаления.

- Почему позабросили акционизм?

- Я этим очень долго занимался и эта тема для меня исчерпана. Ставить собственное творчество на какой-то технологический поток, заниматься бессмысленным и бездумным репродуцированием тех или иных старых идей просто не интересно. Чистый конформизм и приспособленчество.

Стремлюсь экспериментировать. Долгое занятие чем-то одним притупляет взгляд, для того, что бы вернуться к этому на новом этапе, необходимо заниматься чем-то другим.

Не исключаю, что опыт работы с формальными проблемами может в будущем вернуть меня к акционизму. И наконец, в России в 00-е годы время было совсем другим, акционизм был совершенно не релевантен. Любая акционистская работа вызывала массу неинтересных и ненужных интерпретаций.

У нас сейчас есть группа "Война", которая хулиганит.

Я нейтрально к ним отношусь, на самом деле.

Молодые ребята, экспериментируют для себя, дай Бог им возможности и интереса этим заниматься. Может, к чему-то и придут, но пока не вижу никаких серьезных результатов, у них нет политической позиции. У нас в свое время была, мы серьезно занимались теорией, издавали журналы.

Путешествие в Бробдингнег. Маяковский/Осмоловский, 1993 год, Москва

- Давайте поговорим о ваших политических убеждениях. Мне кажется, что левый проект исчерпан.

- Я думаю, что сейчас будут происходить очень сильные изменения в социальных аспектах. Лоск постмодернистского общества просто исчезнет и нельзя сказать хорошо это или плохо.

Каждый момент обладает своими слабостями и силой. Но та неподлинная действительность, которая последние 20 лет нас окружала, и результатом которой было искусство постмодернизма, это все исчезнет.

Отношения будут более понятными, прозрачными и, одновременно с этим, более бескомпромиссными. Потому что в ситуации отсутствия ресурсов, борьбы за них, игре и каким-то двусмысленным намекам, места не будет.

Это приведет к более ясному типу жизни, будет понятно, где свой, где чужой, как действовать, но жестокость будет на каждом шагу. Ничего хорошего в этом я не вижу.

Что касается исчерпанности левого проекта, думаю, что это не так. Это мечта человечества, я убежден, что мы к ней идем достаточно быстро.

Другое дело, что его реализация не будет иметь ничего общего с тем, что было при советской власти. Можно провести параллель с французской революцией: к власти пришел Робеспьер, который рубил головы направо и налево.

Но эта революция провозгласила идеалы свободы, равенства, братства, она сформулировала идеи парламентской демократии, разделения ветвей власти, независимости судей и сформировала структуру современного европейского общества.

То же самое с октябрьской революцией. Общество постепенно вернется к плановой экономике, к очень многому из того, что было сформулировано тогда.

Акция "Баррикада", 1998 год. Группа художников и студентов, предводительствуемая Осмоловским, перегородила Большую Никитскую улицу в Москве баррикадами, построенными из картонных коробок и легких строительных ограждении. После чего началось разбрасывание листовок, скандирование проклятий в адрес буржуев и продажных властей и революционные песнопения

- Что думаете о письме на сайте Евразийского союза молодежи, которое появилось после скандала с присуждением премии Кандинского художнику Беляеву-Гинтовту?

- К смерти приговорили? Смешной был текст, тотальное безумие. Думаю, что Беляев-Гинтовт не талантливый художник.

- Что значит талантливый - не талантливый?

- Существуют критерии. Другое дело, что под этими критериями, если мы будем им жестко следовать, 90% современного искусства - вообще не искусство. И критериями пренебрегают в силу того, что большое количество объектов пришлось бы выбросить на свалку.

На самом деле, я Беляева-Гинтовта фашистом не считаю, думаю, что у него путаница в голове, он, наверное, не особо фанатично идеологизированный персонаж. Но евразийское движение, как некая модель власти, политического движения, это очень опасное явление.

- Думаю, что Вы и редакция портала openspace.ru так много уделили внимания этому скандалу, что только прибавило популярности Беляеву-Гинтовту. Он вам обязан.

- Двадцатилетнему молодому человеку скандал не повредил бы. Но Беляеву-Гинтовту 42 года. Художник, который получил премию Кандинского, переходит в другую весовую категорию: хорошего вкуса, престижа. А для престижного человека, подобная скандальная известность убийственна.

Этот персонаж сотрудничает с галереей "Триумф", которая занимается продажей его поделок за границу, понятно, что слава о Беляеве-Гинтовте, как о художнике праворадикальной ориентации, не добавит ему покупателей и зрителей. Потому что на Западе фашизм - табу.

- Какое это имеет отношение к области эстетики?

- Эстетическая составляющая в творчестве Беляева-Гинтовста равна нулю. Майки с Че Геварой люди носят? Беляев-Гинтовт занимается тем, что делает тоже самое с холстами - по трафарету наносит черно-белую печать, потом золотом прокладывает.

Он занимается изготовлением "маек". В ситуации, когда человек делает "майки", его политические взгляды перевешивают его скромные эстетические убеждения. Беляев-Гинтовт бравирует тем, что записался в ЕСМ и стал там штатным стилистом.

Проект "Вместо искусства", 2002 год

- Но декоративный фашизм ЕСМ производит довольно комичное впечатление.

- Возможно, что это декоративный фашизм. Но в России происходят убийства на национальной почве, убивают кавказцев, таджиков.

- Но они и без Беляева-Гинтовта это бы делали.

- Я считаю, что с Беляевым-Гинтовтом они это делают с большей охотой. Конечно, эти люди читают Дугина.

- Не было бы Дугина, они бы "Майн камф" все равно читали бы.

- Не было бы Дугина, таких было бы меньше.

 

Автор - Аксинья Курина

powered by lun.ua