Пять вопросов про "Апокалисис… в Шоколадном доме"

12
11 червня 2012

Уже которую неделю я не могу попасть на выставку "Апокалипсис и Возрождение в Шоколадном доме", организованную Mironova Gallery. В широко разрекламированном проекте живого классика актуального искусства Олега Кулика, кураторов Анастасии Шавлохой и моего кума Константина Дорошенко приняли участие 43 художника из России и Украины.

И, честно говоря, мне, как и многим киевлянам и гостям города, хотелось бы увидеть результаты четырехмесячного труда огромной команды и достаточно больших денежных инвестиций в проект.

Официально выставка открылась 15 мая, но с тех пор так и не смогла заработать в нормальном режиме.

Трудности у "Апокалипсиса…" начали прямо на открытии. Пока организаторы и художники давали пресс-конференцию, по решению руководства Киевского нацмузея русского искусства (Шоколадный дом является его филиалом) работа Лусине Джанян и Алексея Кнедляковского "Белое кольцо" была подвергнута цензуре. Из многофигурного композиции, посвященной недавним митингам в Москве, были изъяты несколько элементов с "неправильными" лозунгами.

Подвергнута цензуре экспозиция Лусине Джанян и Алексея Кнедляковского "Белое кольцо". Фото "Телекритики"

Директор Нацмузея Юрий Вакуленко тогда подтвердил журналистам, что требование убрать "провокационные" лозунги вроде "Путин-пидрахуй" исходило именно от него. Оскорбленные художники полностью демонтировали свою работу, но сообщили организаторам выставки, что уважая масштаб и многогранность проекта, считают, что выставка должна продолжать работу.

В тот момент музейщикам и организаторам удалось прийти к компромиссу. Но работать в регулярном режиме выставка так и не начала. После того как "Апокалипсис…" посмотрели иностранные гости Arsenale-2012, выставка снова оказалась закрытой для посетителей. А с представленными на ней работами стали происходить совершенно невероятные вещи. Две работы – Дмитрия Гутова и Андрея Сигунцова - оказались просто разрушены (и вряд ли подлежат восстановлению), а еще две – Андрея Кузькина и Маши Ша - просто демонтированы без малейшего согласования с авторами и круаторами.

 Дарья Фейгина, Игрушечный митинг. Здесь и далее фото artukraine.com.ua

Градус противостояния нарастал и, по свидетельству очевидцев, залы Шоколадного дома украсили непредставимые в музее таблички "Детям до 18 просмотр не рекомендован". Ну а 8 июня директор Шоколадного дома Татьяна Скирда заявила журналистам, что выставка закрыта до 15 июня.

В ответ кураторы проекта Шавлохова и Дорошенко заявили, что подвергнутая цензуре выставка является разрушенной и не будет открыта до полного восстановления экспозиции.

Арсен Савадов, Лаборатория Орфея 

В качестве причины демонтажа работ и закрытия выставки музейщики назвали выводы Национальной комиссии по морали, якобы признавшей их порнографическими.

Я не хочу и не буду (побывать на выставке мне так и не удалось) рассуждать о допустимости каких бы то ни было изображений и представлении их в пространстве госмузея. Я хочу поговорить совсем о другом.

Цензурный скандал в Шоколадном доме обозначил совершенно другие проблемы, существующие в украинском арт-пространстве.

Во-первых, организаторы "Апокалипсиса…" не собирались кого-либо шокировать. В отличие от Центра визуальной культуры, закрытого по решению ректора Киево-Могилянской академии Сергея Квита, авторы и кураторы "Апокалипсиса…" не занимались художественными экспериментами. Имена художников, представленных в проекте, достаточно известны и абсолютно непонятно, почему, предоставляя свои выставочные площади, руководители Русского музея и Шоколадного дома не потрудились уточнить, чего именно можно ожидать от собранных в проекте художников: в какой стилистике и каких жанрах они работают, каков их взгляд на существующую реальность. Странно, что эти уважаемые люди купили кота в мешке, а увидев, внезапно испугались "политики и порнографии". Почему они так поступили?

Анатолий Осмоловский. "Это вы сделали? - Нет, это вы сделали"

Во-вторых, под проект "Апокалипсис…" Mironova Gallery арендовала площади Шоколадного дома непосредственно под проведение выставки. Очевидно рассчитывая на регулярную ее работу. При этом выставка проработала всего несколько дней вместо оговоренных двух с половиной месяцев, иногда, правда двери музея открывались перед важными гостями. Представьте, что вы сняли квартиру, заплатили деньги, а через три дня пришел хозяин и сообщил вам, что ночевать в ней вы сможете через день, ну или раз в неделю, когда к вам приедут высокие гости. Как Русский музей собирается рассчитываться с организаторами выставки за фактически сорванный проект?

В-третьих, существует такая не до конца понятая многими вещь, как авторское право. Дело в том, что каждый экспонат, представленный на выставке, имеет свою цену, и реально таких цены две: коммерческая (то есть та, за которую желающие могут приобрести работу) и страховочная – которую выплачивают автору, если с его произведением что-то случилось. Думаю, Mironova Gallery работает по законам цивилизованного рынка и с каждым участником проекта эти вопросы оговаривались. Точно так же, как и сроки демонстрации работ. Так что возникает вопрос, кто будет оплачивать художникам страховочную цену испорченных работ, и кто будет платить другим за моральный ущерб. Нищий Русский музей?

Владмир Сай. Дух сопротивления

В-четвертых, цензурный скандал в Шоколадном доме возник вообще на ровном месте. Судя по фотографиям, работы, "не рекомендованные детям до 18", не содержат ничего такого, что не выставлялось бы ежедневно в большинстве уважаемых культурных институций Киева, почему же именно с этой парикмахерской, извините, выставки "Апокалипсис и Возрождение", начали. Это новый тренд или просто чье-то личное невежество и самоуправство?

И в-пятых, когда же выставку все-таки можно будет посмотреть?

powered by lun.ua