Как я была председателем избирательной комиссии

13456
30 травня 2014

Я работаю в женском глянце. И, как многие в нашей стране, до сих пор не очень интересовалась политикой, ничего не знала о коктейлях Молотова и не умела строить баррикады. Но на волне Майдана я не могла не задуматься: что лично я могу сделать и как помочь?

И когда мне подбросили идею стать членом избирательной комиссии, я решила, что это прекрасная возможность поучаствовать в создании новой Украины.

Быть членом избирательной комиссии – работа не пыльная. Пришел на пару заседаний после работы, отдежурил день или два на участке, отсидел свое в день выборов, потом подсчитал голоса – и, считай, свободен. Так мне говорили. Я покивала, поулыбалась – и написала заявление на участие в одном из сел Киевской области.

А через пару недель я узнала, что должности в ИК распределяются жребием.

То есть, у тебя не спрашивают, готова ли ты к ответственности, есть ли у тебя время, хочешь ли ты, в конце-то концов. Тебе просто звонят, когда у тебя аврал на работе, и ставят перед фактом: "Ничего не знаем, вы – председатель. Будьте у нас через два часа. Печать получать".

Признаюсь честно, я была так ошеломлена этой новостью, что до конца дня не отвечала на звонки с незнакомых номеров. Но затем остыла, собралась, и решила что смогу. Ну, кто же, если не я, в самом деле?

Я представляла в комиссии одного из технических кандидатов основных фигурантов выборов. По закону каждый кандидат имеет право дать одного человека в комиссию. Для этого и вводят вспомогательных персонажей, чтобы у основного кандидата было как можно больше "своих".

Технические кандидаты в процессе подготовки к выборам обычно объявляют о том, что снимают свою кандидатуру в пользу главного кандидата. Но официально это не оформляют, чтобы член комиссии мог продолжить работу. Этим и объясняется наличие в бюллетене фамилий тех претендентов, которые официально с экранов объявили о своем "снятии".

Но такое себе могут позволить лишь лидеры гонки. Потому что кандидат платит своим членам комиссии. Государство выплачивает только суточные – сущие копейки. А мало кто пойдет на такую нервную работу без денег.

"Свои" члены комиссии – это еще и рычаг, которым можно запросто сорвать выборы.

За неделю до дня Х пошел слух, что в штабе одного из кандидатов людям обещали заплатить, если они в день выборов не выйдут на участок. А людей и так не хватает. Раньше минимальное количество членов комиссии было 12 человек, теперь – всего 9. Если членов меньше – выборы на участке не состоятся.

Нас было 10, и если бы трое не вышли на работу в 7 утра 25-го мая, у нас были бы большие проблемы. На этот случай наш штаб готовил запасных людей. Но, к счастью, все обошлось.

Может показаться, что председатель избирательной комиссии – это такой начальник. Абсолютная иллюзия.

На самом деле, меня, как председателя, пинал кто только мог. Мой телефон сразу же стал доступен множеству людей, которые требовали от меня кучу разной информации: например, есть ли на нашем участке огнетушитель или армированные ли там двери.

Избирательная комиссия – это же не только бюллетень в день выборов выдать и голоса посчитать. Она делает все, чтобы выборы состоялись: от приема заявлений и жалоб на ошибки в списках избирателей, для чего на участке каждый день без выходных обязательно кто-то дежурит – до развешивания плакатов с биографиями кандидатов.

Кроме этой видимой работы, есть еще куча невидимой. Потому что по каждому чиху, конечно же, нужна куча макулатуры.

По идее, все решения принимаются комиссией, а это бюрократически неповоротливая структура. Например, я и еще два члена комиссии поехали получать бюллетени. Для этого нужно постановление комиссии, которое уполномочивает нас на получение бюллетеней. Постановление выносится на заседании, на котором обязательно должен вестись протокол, которому обязательно должна предшествовать повестка дня. Оформление всей документации должен вести секретарь комиссии – еще один, кроме председателя, "везунчик".

То есть, чтобы все правильно было оформлено, должен собраться кворум, больше половины, в нашем случае – 6 человек, и издать 3 бумажки.

Конечно, на самом деле большинство постановлений я писала сама на коленке.

В день выборов комиссия собирается в 7.15 утра, чтобы убедиться, что все готово.

Если председатель комиссии неопытный, как в моем случае, – срочно доделывается то, что еще не было сделано, и за что на тебя днем ранее успела наехать окружная избирательная комиссия. Тут ведь каждая мелочь важна, из-за какой-то чепухи выборы на участке могут признать недействительными.

В 8 утра мы благополучно открыли участок. И понеслась.

Так как дело было в небольшом селе в Киевской области, у нас не было выборов мэра и в горсовет. И участок наш был класифицирован как "средний" – 705 избирателей по списку. Так что все было спокойно, в отличие от киевских участков, с четырьмя бюллетенями, двумя тысячами избирателей, где при этом количество людей в комиссиях было почти таким же, как и у нас.

Проголосовало у нас 472 человека. Я думала, что явка будет получше. После революции же! Уровень сознательности населения должен бы зашкаливать. Но вот как раз молодежь до участка так и не дошла.

А большинство пенсионеров забывает взять очки. Одна бабушка, заходя в кабинку, так и сказала: "Ничего не вижу. Сейчас куда попаду, за того и будет голос". Может, имеет смысл, кроме ручек, раскладывать в кабинках еще и очки?..

Одна женщина попросила проголосовать за своего сына, потому что сам он отказался идти. Он инвалид. Шизофреник. Такие люди есть в списке, хотя их там быть не должно. Имейте в виду, в списках избирателей полно ошибок. Проверяйте себя!

В 20:00 мы закрыли участок и начали подсчет голосов.

По закону, члены комиссии не имеют права для этого делиться на группы. Считают так: один человек перекладывает бюллетени с кучки на кучку и считает вслух, остальные наблюдают.

Это обеспечивает прозрачность процесса подсчета, но отнимает кучу времени. Очень важного времени, потому что чем быстрее ты примчишься в окружную комиссию со своими протоколами, тем быстрее отстреляешься и поедешь домой спать.

Но считаются не только заполненные бюллетени из урн.

Считаются корешки, неиспользованные бюллетени, испорченные – все отдельно. Корешки + оставшиеся бюллетени = количеству бюллетеней, которые были получены.

Таких уравнений еще несколько. И вся математика обязательно должна сойтись, иначе провал.

В рекомендательном порядке подсчета голосов целых 35 пунктов! Но если ему не следовать, получается катастрофа.

Позже председатель одной из комиссий поделилась со мной историей о том, как они многократно пересчитывали каждый бюллетень за своего кандидата, но результат не сходился. А когда начали считать все вместе, оказалось, что женщина, которая считала бюллетени за "своего" кандидата, прибавляла голоса.

Раньше, если плюсик или галочка за кандидата стояла не в положенном месте, или на бюллетене имелись другие отметки или надписи, он считался недействительным. Теперь во всех спорных случаях комиссия пытается выяснить волеизъявление избирателя.

Мы, например, засчитали бюллетень, в котором галочка стояла напротив фамилии кандидата не в клеточке, а с другой стороны бюллетеня. А вот бюллетени, на которых вместо галочек было написано "Слава Україні!" и "Проти всіх" признали не действительными.

Также, комиссия решила не засчитывать голос за кандидата, избиратель которого сначала поставил галочку напротив его двойника – отличие в фамилии в одну созвучную букву – зачеркнул ее и поставил вторую галочку. Подозреваю, что товарищ двойник свою миссию выполнил и оттянул у своего конкурента немало голосов.

Знайте: если вы ошиблись и поставили галочку не туда, вы имеете право попросить еще один бюллетень!

После подсчета каждый вид бумажек нужно отдельно запаковать и опечатать. И написать кучу протоколов: для официального отчета, для каждого члена комиссии, для каждого наблюдателя и прочих организационных целей.

И все это время мне звонили все, кому не лень – пресса, представители штабов кандидатов, сель-рай-обладминистрации и еще черт знает кто – и спрашивали, как у нас проголосовали.

По закону я обязана давать эту информацию всем подряд, чтобы показать, как все честно и красиво. Можете представить, каково это, после 18 часов на ногах, когда тебе нужно сконцентрироваться, все правильно заполнить и не отпустить ненароком члена комиссии, которому страшно приспичило уже домой, а его подпись еще может потребоваться?!..

В окружную комиссию мы выехали в 00:30, и через час, уже на месте, узнали, что можно было так сильно не спешить. Программа обработки протоколов не работала, поэтому еще ни одну комиссию не отпустили.

Мы были девяностые в очереди, и сдались аж через 12 часов. Итого мой рабочий день составил около 32 часов. Больше всего это было похоже на пытку: холодно на улице, невыносимо жарко и душно в помещениях, нет воды, еды и даже туалета. И, может, Майдан и изменил страну, но выспавшиеся и свежие люди "со связями" лезли без очереди прямо как всегда.

Конечно, я, как любой адекватный человек, прошедший все эти круги ада, нарезая миллионный круг по двору окружной комиссии, клялась, что больше никогда и ни за какую коврижку я не подвергну себя такому.

Но тут вот как получается. Постоянно действует только Центральная избирательная комиссия, все остальные формируются к конкретному событию едва ли не из волонтеров, которым придется пройти через настоящее испытание.

Конечно, чем опытнее люди в комиссиях, тем меньше ошибок они делают, тем эффективнее и быстрее работают, тем меньше вероятность, что вся эта процедура превратится в издевательство над людьми.

Но из-за того, что умные, собранные, ответственные люди, как ваша покорная слуга, слишком любят и уважают себя, чтобы повторно согласиться на такое – комиссии из из раза в раз наполняются новичками. И желающих все меньше.

Так что не знаю, как я отреагирую, когда в следующий раз родина позовет. Буду спасать, наверное.

Настя Гудзь, специально для УП.Жизнь

powered by lun.ua