Киевское эхо Jazz Bez

11
15 грудня 2012

Остается удивляться, что Киев до сих пор оставался вне орбиты Jazz Bez.

Однако в этот раз - благодаря совместным усилиям продюсеров Jazz Bez и киевского джазового клуба Jazzva - эхо львовского фестиваля все-таки докатилось до столицы.

Причем с некоторым упреждением, поскольку участники киевского концерта 13 ноября, польская группа High Definition и заокеанские музыканты, составившие проект Vinita Formation, посетили стольный град в ходе турне на пути во Львов, а не наоборот, так что киевские любители актуального джаза имели возможность услышать их на день раньше, чем львовяне.

High Definition. Фото Алексея Карповича

К сожалению, немногие из них решились этой возможностью воспользоваться. То ли дело в непривычности места проведения концерта (актовый зал культурного центра НаУКМА), то ли в зиме, то ли в недостатке информации и настороженном отношении к новым именам, а скорее все вместе, но главным образом все-таки последнее. Ведь и для пианиста и клавишника Петра Ожеховского, лидера High Definition, и саксофониста Маркуса Стрикленда, хедлайнера второго проекта, этот визит в Киев – первый, и их имена известны у нас только узкому кругу любителей джаза.

Во всяком случае, на концерт пришли все или почти все известные киевские джазовые музыканты, что случается обычно только на фестивалях Jazz in Kiev и само по себе является лучшим свидетельством об уровне концерта.

Петр Ожеховски – молодой музыкант (ему должно вот-вот исполниться 22), который уже успел выиграть один из самых престижных конкурсов джазовых пианистов в Монтре в 2011 г., а до этого вместе со своим квартетом – конкурс в Бельгии Jazz Hoeilaart и, помимо этого, собрать множество первых премий на джазовых фестивалях в Польше и Европе. Ожеховски как самостоятельный пианист и High Definition – это, судя по записям, музыка несколько разного плана.

Его одиночные записи – свободные импровизации по произведения классической музыки: Баха, Шостаковича и Кшиштофа Пенедерецкого, музыке которого посвящен самый известный альбом пианиста с красноречивым названием "Эксперимент: Пенедерецки" (первый польский инструментальный альбом, выпущенный на престижной лондонской фирме Decca). High Definition – джазовый авангард, где Ожеховски обычно играет на электронных клавишных.

Но в киевском концерте получилось, похоже, нечто вроде синтеза того и другого. В течение часа с лишним музыканты сыграли три композиции (две из которых, вероятно, также были двухчастными). Сложно характеризовать такую музыку. Во время концерта подумалось, что для этого пока просто отсутствует язык описания.

Хотя ведущая роль лидера ощущается, все участники квартета – саксофонист Матеуш Слива, барабанщик Патрик Добош и конрабасист Алан Выкпиш – уже зрелые музыканты, демонстрирующие поразительную свободу и изобретательность, или хочется сказать, находчивость в своих построениях.

Петр Ожеховски. Фото Алексея Карповича

Как правило, композиции опираются на мелодию, почти совершенно лишенную чувственной приятности (одна из них несколько напоминала, но только в качестве точки отсчета или точки сбора, между которыми музыканты расходятся в свободной импровизации, но один или два удерживают какой-то ритм (почти всегда это барабанщик, иногда в паре с контрабасистом). Более или менее выразительное, а порой и скрытое присутствие ритма – то, что не дает происходящему перейти в свободный джаз.

И все же основную энергетику излучают соло Петра Ожеховского. Обычно джазовая импровизация строится как развитие темы, может смещаться ритм, меняться гармония и размер, но так или иначе сохраняется привязка к какой-то из этих музыкальных форм. Авангардистская импровизация в исполнении Ожеховского – это скорее набор фраз, обрывков мелодий, цепляющихся друг за друга и переходящих друг в друга, но почти ни одна из них не оформляется в законченную.

Если на какое-то время утратить внимание за этими переходами, то это может показаться просто хаосом звуков. Впрочем, на несколько тактов скрытая гармония может выкристаллизоваться, например, в несколько тактов из Баха, затем снова несколько "хаотических" переходов и еще несколько тактов в характере блюза с богатой гармонией. Потом снова переходы, переходы и так до "точки сбора".

Еще подумалось, что джаз – это, возможно, единственное искусство, которое работает с чистой интонацией речи, отделенной от слова и смысла, потому что многие фразы кажутся просто интонационными моделями, освобожденными от семантики.

Словом, музыка Петра Ожеховски – это сложное обретение гармонии, требующее от слушателя максимального присутствия, в чем и состоит вознаграждение.

В отличие от польского состава Vinita Formation – проект одноразовый, собранный специально под фестиваль и, возможно, вокруг лидера Маркуса Стрикленда. Остальные участники квартета – канадский гитарист украинского происхождения Алекс Максимів, чикагский барабанщик, ныне живущий в Польше, Френк Паркер, и еще один канадец, контрабасист Скотт Кемп.

Vinita Formation. Фото Алексея Карповича

На смену авангарду пришел мейнстрим. Исполнялась авторская музыка Алекса Максиміва, кроме одной композиции авторства Френка Паркера. Опять же игра всех музыкантов была интересной, но, как мне показалось, более мощными источниками энергии были Маркус Стрикленд и Френк Паркер.

Маркус Стрикленд. Фото Алексея Карповича

Стрикленд – наверное, один из лучших джазовых саксофонистов современности. Он играет на тенор-, сопрано- и – что менее обычно – также на альт-саксофоне. На киевском концерте звучали только первые два.

Когда у музыканта в руках тенор-саксофон, чаще всего, наверное, вспоминается Джон Колтрейн. Стрикленд в этом смысле не исключение. С Колтрейном его роднит глубокая как молитвенная сосредоточенность, даже угрюмость, некоторая угловатость, чуждость чувственной приятности, хотя, пожалуй, при отсутствии обнаженной эмоциональности. Может быть, в этом или также в этом особая притягательность его манеры: ощущение некоторой отстраненности, может быть, даже ироничности, и одновременно силы.

Френк Паркер и Скотт Кемп. Фото Алексея Карповича

Даже в исполнении стандарта Alone Together, который музыканты сыграли на бис, и в мелодии, и в импровизации игра Стрикленда была лишена чувственной сентиментальности, хотя вовсе не бесстрастна.

Отец и брат Маркуса (кстати, его постоянный партнер) – барабанщики. Его брат утверждает, что Маркус играет на саксофоне как барабанщик. Возможно. Во всяком случае, его игра исполнена ритмических контрастов, мгновенных переходов от угловатых последовательностей к стремительным пассажам. В общем, тут много, кроме эмоций, под спудом и стоит труда вслушаться.

Несомненно, концерт 13 ноября был одним из лучших джазовых концертов в Киеве за последнее время.

 

Jazz Bez преодолел еще одну границу. И если "Без" в названии фестиваля подразумевает отрицание границ прежде всего музыкальных, то по факту эта принципиальная неопределенность обнаружила и вполне материальную амбицию к перешагиванию границ пространственных, временных и политических. Надо думать, что и нынешние рубежи окажутся не пределом, и, кто знает, может, и впрямь когда-нибудь "Все будет джаз".

powered by lun.ua