Заразительное чувство свободы

9
4 грудня 2014

Концерт американского трубача и певца Бенни Бенака (Benny Benack), состоявшийся в минувшее воскресенье в культурно-образовательном центре "Мастер-класс", - уже второй совместный продюсерский проект Международного Джазового Абонемента и центра Jazz in Kiev.

Бенни Бенак виртуозно владеет многими стилями и легко переходит от одного к другому

Бенни Бенак – молодой музыкант, он только оканчивает университет и собирается записать свой первый сольный альбом, однако свой профессиональный уровень он уже доказал победами на ряде конкурсов джазовых трубачей в США и совместными выступлениями с гигантами современного джаза, а также участием в качестве сайдмена во множестве альбомов известных музыкантов. Вполне логично, что концерт Бенака дал повод к рождению идеи уже серии концертов "Восходящие звезды джаза" (что ретроспективно относится и к первому совместному проекту МДА и Jazz in Kiev, концерту пианиста Бенито Гонсалеса 7 октября). И в отношении Бенни Бенака эта характеристика кажется более чем оправданной, ибо его искусство уже обнаруживает богатые возможности.

Концерт был анонсирован тематически как посвящение выдающемуся джазовому трубачу и певцу Чету Бейкеру. В некотором смысле выбор темы остался для меня загадкой и не только потому, что в концерте прозвучали лишь две вещи из репертуара Чета Бейкера (из девяти сыгранных). Прежде всего, в самой манере и пения, и игры у Бенака мало общего с Бейкером. Пожалуй, их объединяет сочетание вокала и трубы. Дальше начинаются различия. Если творчество Бейкера предельно интроспективно и пронизано глубокой грустью, меланхолией, то Бенак на сцене – воплощенная жизнерадостность, сознание своего артистического обаяния и исполнительской силы.

И даже в вещах из Бейкера – I Fall in Love too Easily и, конечно, My Funny Valentine – исполнение Бенака эмоционально было далеким от неизбывной бейкеровской печали; скорее – легкая задумчивость, уверенно глядящая в будущее. Молодой музыкант, похоже, просто не умеет грустить, и в этом его трудно упрекнуть. Как бы оправдываясь, Бенни объяснил, что посвящение Чету Бейкеру вовсе не означает, что должны играться только вещи из его репертуара. В конце концов, Tribute to Chat Baker  означает буквально "Дань уважения". И с этим желанием воздать дань уважения выдающемуся музыканту тоже нельзя не согласиться.

Но все же, как признался Бенни со сцены, ему близка прежде всего классическая традиция, а тут он называет имя Фрэнка Синатры. И это гораздо вернее.

Тем не менее уже при первых звуках голоса Бенака в качестве ориентира легко опознается другой исполнитель – певец, пианист и, можно сказать, артист Гарри Конник мл. (Harry Connick, Jr.). (С чем Бенни охотно соглашается.) Та же элегантность, раскованность, открытость по отношению к публике в интонациях и даже близкий тембр голоса. А также склонность к непринужденному общению с залом запросто.

И в этом смысле, что касается соединения трубы, вокала и артистического образа, сценическое поведение Бенака восходит к другим выдающимся образцам – Диззи Гиллеспи и, конечно, Луи Армстронгу. В отличие от Конника, Бенак – не столько певец, сколько вокалист в том смысле, что он не столько поет слова песни, сколько использует голос как инструмент и, прежде всего, инструмент импровизации. Как и Армстронг, и Гиллеспи, Бенни охотно пользуется скэтом (мне кажется, что в его скэте различим еще один образец – бэндлидер, певец и шоумен Кэб Кэллоуэй) и часто вообще не прибегает к тексту, как например, в исполнении песни А.К. Жобима No More Blues. Его скэт виртуозен, находчив, но неизменно сохраняет конниковскую нотку элегантности.

Не менее интересен Бенак и второй составляющей своего творчества – инструментальной. (Хотя поет, по крайней мере на киевском концерте, чаще, чем играет, и иногда за всю песню ни разу не прикладывает мундштук к губам, что, видимо, легко объясняется опять же любовью к голосовому, т.е. более непосредственному контакту с публикой.) А вернее, даже более, поскольку его исполнительские возможности как трубача обнаруживают еще большую силу и многосторонность. В своей игре Бенак обнаруживает множество усвоенных влияний, виртуозное владение многими стилями и легко переходит от одного к другому.

В композициях с латиноамериканскими ритмами (например, Sounds of Brasil авторства другого участника концерта и одного из его организаторов, басиста Аркадия Овруцкого) звучание его трубы заставляет вспомнить выдающего кубинского трубача, виртуоза Артуро Сандоваля. (Правда, после концерта Бенни скромно заметил, что был бы счастлив, если бы это было так.)

 С двумя членами квартета Бенни Бенак познакомился за час до концерта

Бенак охотно использует сурдину, иногда напоминая Майлза Дэвиса, но ему гораздо ближе энергичные, мощные стили. И здесь наиболее близкие ему образцы – Фредди Хаббард и Мейнард Фергюсон. Взрывная мощь, пульсирующее чувство ритма, виртуозные пассажи, умение играть на контрасте в звукоизвлечении – от приглушенных до резких звуков. Не удивительно, что трубач особенно уверенно себя чувствует в стиле фанк, где уместны все эти качества, как можно было услышать в завершающей концерт комозиции Pathway (авторства опять же Аркадия Овруцкого). А в сыгранном на бис знаменитом "Караване" Бенак, воспользовавшись сурдиной, продемонстрировал виртуозное владение "грязным" звукоизвлечением, характерным для оркестра Дюка Эллингтона.

Молодость, игра сил и заразительное чувство свободы – вот впечатление от игры Бенни Бенака, в которой сошлись множество исполнительских манер и линий развития джаза, что заставляет с интересом ждать образцов уже его оригинального творчества.

Массу добрых слов заслуживают партнеры Бенни Бенака в этот вечер: соорганизатор концерта, директор Международного Джазового Абонемента Аркадий Овруцкий – бас, и известные киевские музыканты Станислав Чумаков – фортепиано, Роман Яковчук - барабаны. В такого рода концертах задача партнеров в большей мере состоит в том, чтобы создать раму для солиста, чем демонстрировать свое индивидуальное мастерство. Однако нет и такой задачи, чтобы его скрывать.

Басист Аркадий Овруцкий, который привез в Украину своего молодого партнера и ученика (Бенак – постоянный участник его нью-йоркского квинтета), выступил, можно сказать, в роли играющего тренера. И его индивидуальные соло всякий раз отличались прежде всего гармоничностью и оставляли впечатление не столько стихийности, сколько стройности и глубины замысла. Импровизация Овруцкого оставляет впечатление законченного высказывания, в котором звуки и пассажи не слипаются и которое состоит из отчетливо интонированных, мелодичных фраз, уравновешенности в смысле чередования темпов.

 Бенак – постоянный участник нью-йоркского квинтета Аркадия Овруцкого

В завершение концерта Бенни Бенак нашел нужным сообщить аудитории, что с двумя другими членами квартета он познакомился менее чем за час до концерта, что, разумеется, произвело впечатление на аудиторию, хотя такая практика в джазовых концертах не редкость. Но дело и в качестве выступления присоединившихся к гастролерам киевлян.

Станислав Чумаков также обнаружил владение разными стилями джазового фортепиано: от лирики в стиле Билла Эванса до жесткого, атакующего звучания в стиле Маккой Тайнера.

Игра Романа Яковчука на барабанах, хотя он и не сыграл ни одного полного соло и, можно сказать, работал почти исключительно на партнеров, также не осталась незамеченной зрителями. И вполне заслуженно порция аплодисментов, пришедшаяся на долю киевских музыкантов после концерта, была не меньшей, чем на долю гастролеров.

powered by lun.ua