Премьеры недели: На войне как не на войне

7
3 квітня 2015

Со 2 апреля на украинских экранах демонстрируются: военная драма "Незламна" Сергея Мокрицкого и боевик "Последние рыцари" Казуаки Кирия. А также: альманахи "Молодое украинское кино" и "Роздоріжжя", Фестиваль допремьерных показов "Французской весны".

Незламна / Битва за Севастополь

Режиссёр: Сергей Мокрицкий

В ролях: Юлия Пересильд, Евгений Цыганов, Джоан Блэкем, Никита Тарасов, Полина Пахомова, Анатолий Кот, Виталий Линецкий, Станислав Боклан, Дмитрий Лаленков, Николай Боклан

Жанр: военная драма

Страна: Украина-Россия

От картины Сергея Мокрицкого у нас ожидали подвоха, идеологической диверсии.

Многие полагали, что этот украино-российский фильм, в оригинале носящий название "Битва за Севастополь" и после аннексии Крыма стыдливо переименованный для выпуска на украинские киноэкраны (якобы по настоянию владеющей правами на международный прокат компании "20 век- Фокс"), станет, несмотря на своё по большей части украинское финансирование и украинскую съёмочную группу, троянским конём наподобие какого-нибудь "Матча", в котором историческим антуражем будет завуалировано прославление российской экспансии и советского прошлого.

Но, вопреки опасениям, идеологически "Незламна" оказалась чиста перед отечественной аудиторией (причём эту чистоту легко принять за стерильность).

Едва ли не единственная сцена с чётко выраженным идейным посылом способна вызвать у непредубеждённого украинского зрителя похвалу: героиня ленты, подвергшись атаке со стороны представителя американской прессы, парирует его слова о том, что СССР является таким же агрессором, как и нацистская Германия, замечанием, что он просто не имеет никакого представления о Советском Союзе, на что журналист возражает, что знаком с этой страной слишком хорошо, будучи уроженцем Украины.

 Тут и далее фото Кino-teatr.ua

В остальном лента почти лишена политического окраса и напоминает своей идейной бесхозностью самурая, оставшегося без господина.

Патетический накал речей и героических поз предполагает самые пылкие рассуждения о любви к родине и справедливой исторической миссии, и кажется, что авторы до последнего пытались решить, уместно ли будет их героям выступить с прославлением советской отчизны или же намекнуть о желании дожить до освобождения украинской земли- и в конце концов предоставили зрителям самим, в соответствии с их мировоззрением, судить, вера в какое именно правое дело сверкает в глазах персонажей.

Фильм Мокрицкого почти лишён даже соответствующего времени пропагандистского официоза, не считая портретов Сталина, украшающих каждую стену, и комического персонажа партийного работника, который досаждает героине в её американской командировке.

 

Исторические приметы носят откровенно декоративный и весьма условный характер, изобилуя самыми грубыми анахронизмами. О степени пренебрежения минимальным правдоподобием, которое позволяют себе авторы, можно судить по эпизоду, в котором командир героини, выяснив, что воевал с её отцом в Гражданскую, объявляет, что был его боевым товарищем в Первую мировую; очевидно, для создателей не имеет значения, что речь идёт о разных войнах, как и то обстоятельство, что Первую мировую никто из красноармейцев не стал бы так называть в начале Второй мировой, когда происходит действие фильма.

При подобном подходе к делу зритель, который примет за чистую монету уверения в том, что создатели, дескать, строго придерживались подлинных фактов биографии главной героини, легендарного снайпера Людмилы Павличенко, проявит чудеса доверчивости.

 

Тем более что, вне зависимости от того, насколько происходящее на экране соответствует известным обстоятельствам жизни Павличенко, повествование столь трафаретно и безжизненно, что лишено всякой убедительности.

Война предстаёт в этой ленте набором героических и сентиментальных мизансцен, исполненных просто-таки скандального позёрства и напоминающих своей бездушной атмосферой съёмки для глянцевого журнала- даже выпущенные внутренности и оторванные конечности, видимо, позаимствованные в ближайшем луна-парке, разбросаны с нарочитой живописностью.

Стоит ли говорить, что движения души, пагубные изменения, которые претерпевает человек, вынужденный убивать своих ближних, изображаются с такой старательностью, что зритель будто слышит скрип шестерёнок, вращающихся внутри персонажей-манекенов- вызывающих не больше сочувствия, чем попавшие под обстрел пластиковые обитатели витрин бутика.

Вот Людмила участвует в своём первом бою и не может заставить себя спустить курок, но рядом, сражённый вражеской очередью, падает юный красноармеец, трясёт кудрями в предсмертных судорогах, героиня, забрызганная его кровью, вдумчиво вглядывается в его бледнеющий лик и, повернувшись, открывает огонь на поражение.

Вот, после гибели товарища, любезного её сердцу, она мстительно расстреливает немецкого связиста - и заливается смехом от его стонов, поглядывая на обомлевшего напарника с беспечной игривостью. Вот после контузии она пытается тренироваться, расстреливая чучело - но выбегающее видение девочки сердито пучит на неё глаза, давая понять, что боевая карьера Людмилы завершена.

Эти вычурные, полные картонного пафоса эпизоды перемежаются сценами в лучшем случае бесцветными, пресными, в худшем- вызывающими непроизвольное веселье своим неуклюжим трагизмом.

 

Военные действия вообще поданы в фильме с удивительной бестолковостью - можно поручиться, к примеру, что никто из публики не сможет понять, как соотносятся боевые свершения героини с вынесенной в заглавие обороной Севастополя, пока дело не доходит до бесславной эвакуации. К счастью или нет, но эпизоды сражений занимают не столь уж значительную часть экранного времени.

Больше внимания уделено любовным увлечениям героини, к которой, как свидетельствуют авторы (забывая упомянуть о её раннем браке и сыне), преисполнялся романтическими чувствами едва ли не каждый товарищ по оружию. Но и военно-полевые романы наполнены штампами и приторным лиризмом, лишены подлинно живого чувства, а характер кавалеров героини представляет собой такой же, как и у неё самой, набор штампов - при первом же взгляде на каждого из них очевидно, кто прикроет Людмилу своим телом, а кто попытается грубо приставать.

Отдельного упоминания заслуживают попытки выстроить фильм в качестве рассказа о жизни Павличенко, ведущегося от имени Элеоноры Рузвельт: сцены, призванные изобразить дружбу двух женщин- в которых Людмила учит первую леди варить borsch, а та откровенничает о временах Франклинова жениховства, -с особенной очевидностью свидетельствуют, что авторы представляют историю в качестве аляповатого собрания забавных и душещипательных курьёзов, о которых они не способны повествовать, не прибегая к пронзительной фальши.

Оценка фильма 2 из 5

Последние рыцари / Last Knights

Режиссёр: Казуаки Кирия

В ролях: Клайв Оуэн, Морган Фриман, Аксель Хенни, Клиф Кёртис, Ан Сон Ги, Пак Си Ен,  Дэниэл Адегбойега, Шоре Агдашлу, Джеймс Бэбсон

 Жанр: боевик

Страна: США-Южная Корея-Чехия

На первый взгляд, японский постановщик Казуаки Кирия (известный в первую очередь сюрреалистической антиутопией "Легион", в эстетике которого Третий Рейх смешан со сталинским СССР) в своей новой картине остался себе верен и ушёл в историческую абстракцию, оторванную от нашего мира в ещё большей степени, чем фильм Сергея Мокрицкого.

Действие "Последних рыцарей" разворачивается в некотором царстве, некотором государстве, созданном в результате завоевательных походов и феодальных междоусобиц и представляющем собой империю, "ассимилировавшую народы разных рас и религий"- со столицей, в которой узнаётся преображённая компьютером Прага, одеяниями сановников, выдержанными в китайской манере, и рыцарями, облачёнными в кожанки, приличествующие офицерам из космических опер.

 

Но в сюжете ленты постепенно проступает одно из центральных событий японской истории и культуры- подвиг сорока семи ронинов, интерпретированный с остроумием и эмоциональной выразительностью.

Министр, алчный, коварный и мстительный фаворит императора, подвергается нападению уважаемого владетельного князя, которого он провоцирует своими издевательствами. Поднявшего руку на императорского вельможу князя приговаривают к смерти, а его имущество распределяется между прочими аристократами.

Но министр не может обрести душевный покой- он боится мести со стороны воинов казнённого, сплетает вокруг них шпионскую сеть и всё увеличивает число своих стражников.

Однако проходит время, а княжеские рыцари ничем не проявляют враждебных намерений, ведут скромное, незаметное существование ремесленников и торговцев, а их бывший командир, являющийся министру-злодею в ночных кошмарах, и вовсе проводит дни напролёт в притонах. Действительно ли они смирились с гибелью своего господина- или лишь затаились, выжидая удобного случая совершить отмщение?

 

Случай, произошедший в Японии в начале восемнадцатого столетия, лишённый в данной обработке конкретных исторических примет, получает характер притчи, актуальной для любого времени- истории о неотвратимости воздаяния, которое обрушивается на преступный режим, когда он кажется несокрушимым, уничтожает власть предержащих, убеждённых, что они могут по собственному усмотрению безнаказанно распоряжаться имуществом и человеческим достоинством подданных.

 

И фантастичность антуража едва ли помешает украинскому зрителю оценить справедливость прочувствованных монологов о диктатуре и коррупции, которые рядятся в личины стабильности и процветания и которым покорно терпящие их граждане сами помогают затягивать петли на своих шеях.

Оценка фильма 3,5 из 5

Также 2-го апреля в столичном кинотеатре "Киев" вышел в прокат третий альманах "Современное украинское кино", составленный из работ объединения молодых режиссёров "Вільні" при поддержке студии "Виател".

Сборник составили четыре работы: драма о взаимоотношениях врачах и пациентки "Обезболивающее" Валерии Сочивец, "Пробуждение" Марьяны Литвиновой о творческих и личных злоключениях молодого художника, "Убийцы" Андрея Кравченко, экранизация рассказа Эрнеста Хемингуэя, и "Лица" Никона Романченко, документальная картина, получившая главный приз конкурса украинских короткометражек на прошлогодней "Молодости", в которой статичные кинопортреты участников протестных акций зимы 2013-2014 перемежаются с эпизодами жестоких уличных столкновений, прекрасно снятых отважным оператором Анастасией Лысенко.

4-го апреля в кинотеатре украинского кино "Лира" состоится премьера ещё одного альманаха украинских короткометражек "Роздоріжжя", созданного участниками объединения "СУК". В эту подборку тоже вошло "Обезболивающее" Валерии Сочивец, а также: тепло принятый на МКФ в Одессе "Кинотеатр "Украина" Максима Мадонова, в котором попытки возродить к жизни заброшенный провинциальный кинотеатр предстают метафорой современного отечественного кинопроцесса, "Вдали" Екатерины Горностай о драматических перипетиях любовных взаимоотношений, "Qara" Навруза Хикмета о последствиях  излишне доверчивого отношения к незнакомцам, нашумевший на прошлогодней "Молодости" "Seni Sevem" Наримана Алиева о любви русской девушки и татарина, снятый в необычной экспрессивной манере.

6-го апреля в рамках "Французской весны" в кинотеатре "Киев" стартует Фестиваль допремьерных показов, уже в двенадцатый раз предоставляющий своим посетителям возможность первыми увидеть ленты наиболее мощной национальной кинематографии Европы, готовящиеся к выпуску в отечественный кинопрокат. В программе смотра детектив Седрика Анжэ "В следующий раз я буду стрелять в сердце" о поисках серийного убийцы, наводящего ужас на департамент Уаза в конце 70-х, и несколько комедий: "Искусство фуги" Бриса Ковена о сплетении любовных линий, "Желтоглазые крокодилы" Сесиль Телерман о светской львице, которая пытается убедить сестру, умницу-историка, написать за неё роман, и "Семейство Белье" Эрика Лартиго  о девушке, разрывающейся между стремлением сделать карьеру музыканта и преданностью родным, нуждающимся в её постоянном присутствии.

powered by lun.ua