Alfa Jazz Fest 2015: Наши на фестивале. Часть 1

65
3 липня 2015

Львовский Альфа Джаз Фест – главное событие джазового года в стране и – судя по скачкообразному росту числа как VIP-зрителей, так и тех, кто, заведомо не попадая в зрительный зал, были готовы приобщаться к джазу опосредованно по видеокартинке, сидя на траве в парке – за джазовым календарем следят гораздо больше людей, чем об этом можно думать в течение года.

Слушать джаз становится модным. Правда, пока только три дня в году на время работы главной фестивальной сцены им. Эдди Рознера. Но как минимум это свидетельствует о том, что потенциальная джазовая аудитория у нас весьма обширна.

Итак, пятый Альфа Джаз Фест – это уже традиционно три сцены (помимо главной сцены им. Эдди Рознера в парке Хмельницкого две открытых – на площади Рынок и возле Дворца Потоцких) и  25 концертов, плюс два мастер-класса, плюс джем-сейшн на четырех площадках четыре ночи подряд, плюс джазовые киносеансы, плюс еще что-то… ах да, разумеется, Львов, в компании с которым слушать джаз – особое удовольствие. И единственный минус заключается в невозможности сложить все плюсы, несмотря на то, что в этот раз впервые фестиваль длился пять дней – даже на день дольше, чем прежде.

 Перед сценой на площади Рынок в день открытия фестиваля. Тут и далее фото Алексея Карповича

Отсюда неизбежная неполнота этих фестивальных заметок, которые ограничиваются только живыми впечатлениями.

Как обычно, фестиваль представил серьезную сборную отечественного джаза, правда, с ограниченной географией. Девять команд из Киева, Львова и Харькова, которые почти поровну распределились между более камерной сценой у дворца Потоцких и, можно сказать, второй главной сценой фестиваля – на площади Рынок. 

Открыли фестиваль выступления сразу двух биг-бэндов: Львовского джазового оркестра п/у Любомира Лищука и киевского биг-бэнда Денниса Аду. В чем нетрудно разглядеть вполне прозрачный символизм в смысле сочетания двух джазовых центров в стране.

Львовский коллектив в своем нынешнем виде был создан относительно недавно, в ноябре прошлого года при Львовской музыкальной академии. В его репертуаре в основном джазовые стандарты эпохи свинга в собственных аранжировках его руководителя. Очень уместное и символичное введение в Альфа Джаз Фест.

Выступление биг-бэнда Денниса Аду – без преувеличения одна из самых ярких страниц фестиваля. Помню его первый концерт, который состоялся в январе 2012 года. К радости музыкантов по поводу рождения бэнда примешивалась большая доля неопределенности по поводу его будущего. С тех пор оркестр прошел долгий путь, в его прошлом, помимо индивидуальных концертов, выступления на фестивалях – Jazz in Kiev, Summer Jazz Days. Выступление во Львове, без сомнения, новая вершина.

 Биг-бэнд Денниса Аду

Сравнивая с первыми выступлениями, легко видеть, насколько сильно изменилась манера игры оркестра. И дело не только в росте слаженности. Благодаря ориентиру на современные образцы, и прежде всего, на биг-бэнд Марии Шнайдер, игра оркестра изменилась концептуально. Это проявляется, как мне кажется, касаются, прежде всего, взаимодействия солиста  с оркестром, в изменении места и роли индивидуальных импровизаций в композиции.

Оркестр далеко ушел от классической схемы: представление темы – несколько соло – заключительно представление темы и финальное крещендо. Игра бэнда составляет не просто фон для солиста, а как бы подчиняется его мысли. В свою очередь не было ни одного соло ради соло, т.е. соло, которое бы просто заполняло "место" для соло.

Очень интересно наблюдать за тем, как оркестр чутко "отслеживает" развитие мысли в импровизации, усиливает акценты и даже меняет характер сопровождения. Это стало возможным благодаря выросшему уровню молодых музыкантов. Виртуозностью и содержательной глубиной теперь отличаются не только соло опытных Дмитрия Александрова (тенор-саксофон), Артема Менделенко (альт- и сопрано-саксофоны) и самого Денниса Аду (труба), но и более молодых Кирилла Погудина (тромбон), Бориса Могилевского (албт-саксофон).

 Валерия Кучеренко – солистка биг-бэнда Денниса Аду

Новое лицо в биг-бэнде – певица Валерия Кучеренко, благодаря которой биг-бэнд возвращается к более привычным свинговым хитам, однако сохраняя принцип взаимодействия между солистом и оркестром.

Во многих случаях солист превращается как бы в дирижера, который ведет оркестр. Так, композиция First Love Song Боба Брукмайера представляет собой одно задумчивое соло на рояле (Алексей Саранчин), за которым чутко "следит" оркестр.

Лично меня особенно впечатлили два соло Виктора "Зидана" Павелко в двух заключительных пьесах (Марии Шнайдер и Фрэнка Лэйси) – и по внутреннему развитию мысли, росту напряжения, неспешному, но и не растянутому, и по влиянию на оркестр, который к концу импровизации полностью менял характер звучания и даже ритм, достигая кульминации вместе с солистом.

 солирует Виктор "Зидан" Павелко, биг-бэнд Денниса Аду

Каждая композиция обладает своеобразной внутренней драматургией. И, если вначале оркестр использовал исключительно аранжировки зарубежных мастеров (даже для авторских пьес), то сейчас в репертуаре бэнда все больше собственных аранжировок его руководителя.

 солирует Дмитрий Александров, биг-бэнд Денниса Аду

Выдающийся кубинский музыкант Пакито де Ривера, один из хедлайнеров фестивался, дважды (на своем мастер-классе и на общей пресс-конференции) рассказал, как, выйдя из гостиницы (которая находится рядом с площадью Рынок), услышал "превосходный американский биг-бэнд" и решил, что это оркестр Мэла Люиса в записи. Подойдя ближе, он с удивлением обнаружил, что оркестр играет вживую. Эта похвала особенно весома в той связи, что может стать залогом будущего сотрудничества, поскольку музыкант изъявил желание подготовить совместный проект с нашим биг-бэндом. В добрый путь!

Программным, можно сказать, было выступление на площади Рынок киевского квинтета Алексея Саранчина, в составе которого, кроме мэтров украинского джаза, его лидера пианиста Алексея Саранчина, саксофониста Артема Менделенко и барабанщика Павла Галицкого, есть также более молодые музыканты: Богдан Кравчук (баритон-саксофон) и Антон Жуков (контрабас). Это вкусный акустический джаз, центр тяжести которого лежит в индивидуальных импровизациях, а также в диалогах солистов, прежде всего, двух саксофонов.

 7 – Квинтет Алексея Саранчина, на саксофонах: Артем Менделенко и Богдан Кравчук

Пожалуй, один из интереснейших моментов концерта – диалог двух баритон-саксофонов, когда Артем Менделенко, который обычно играет на альт- и сопрано-саксофонах, неожиданно взял в руки баритон-саксофон. Редкое сочетание – несходство сходного и разнообразие в однообразии. 

Из слышанных мною украинских проектов я бы особо выделил также выступления группы Urban Gypsy и квартета Юрия Середина.

Киевская команда Urban Gypsy играет в стиле джаз-мануш, который еще называют цыганским джазом, чем, по-видимому, и объясняется название коллектива. В составе квартета: Матвей Миронов (скрипка), Дмитрий Кушнирев (гитара), Дмитрий Коваленко (гитара), Николай Кистенев (контрабас). Urban Gypsy играют вместе уже около двух лет, осваивая пока классику этого направления и интерпретируя джазовые стандарты, о чем свидетельствует и выступление на фестивале, и недавно выпущенный альбом. В планах – переход к исполнению авторской музыки.

Ведущую роль здесь играют скрипка Матвея Миронова и акустическая гитара Дмитрия Кушнирева, которые заставляют, соответственно, вспомнить о Стефане Граппелли и Джанго Рейнхарте. Джаз-мануш традиционно предполагает виртуозность солистов, и игра Миронова интонационно очень свободная и разнообразная вполне удовлетворяет этому требованию. Его скрипка звучит певуче, выразительно. Ей присущи почти голосовые интонации – иронии, озорства, томности. Плюс умение нескучно импровизировать.

Неудивительно, что после концерта желающих купить диски квартета оказалось значительно больше, чем дисков, что обещает "городским цыганам" постоянную и заинтересованную аудиторию в будущем.

Квартет Юрия Середина – проект одноразовый, но, безусловно, заслуживающий долгосрочного оформления. Лидер проекта – музыкант с глубокими классическими корнями. Он закончил Львовскую консерваторию по классу композиции, затем продолжил образование в Берлине, и к джазу, кажется, обратился уже довольно в зрелом возрасте, но глубоко погрузился в изучение традиций джазового пианизма.

 Квартет Юрия Середина

В фестивальный проект Юрий включил в основном авторскую музыку, а также три не слишком известных композиции Маккоя Тайнера, Эндрю Хилла, Херби Николса, и пригласил своих львовских партнеров – гитариста Алекса Максымива, барабанщика Игоря Гныдына и киевского басиста Константина Ионенко.

Музыка Юрия Середина представляет интерес, мне кажется, именно своей трудноопределимостью. Она движется в пределах от постбопа до фьюжн и worldmusic, причем нередко в рамках одной композиции, а содержательно, мне кажется, тяготеет к созданию атмосферного созерцательного эффекта и, пожалуй, некоторой философичности.

В рамках квартета время от времени складываются внутренние дуэты между фортепиано и гитарой, фортепиано и барабанами (последний диалог мне показался особенно острым), как бы нарушая привычную схему индивидуальной четко очерченной индивидуальной импровизации. Сам Юрий говорит, что пытается переосмыслить место импровизации в структуре композиции, хотя данный проект готовился не слишком долго, был сыгран всего с нескольких репетиций, и поэтому революционных изменений не предполагал. Остается только надеяться, что он будет иметь продолжение.

Нельзя забыть и о прорыве на фестивале отечественного блюза. Если на предыдущих фестивалях, насколько помнится, блюз представляли в основном зарубежные исполнители, то на сей раз эту роль выполнила киевская команда в составе хорошо известного киевского блюзмена Макса Таврического (гитара и губная гармоника), гитариста Александра Кузнецова и молодого барабанщика Романа Сокирко. Не считаю себя специалистом в блюзе, но, судя и по реакции публики, и по плотному кольцу журналистов, окруживших Макса после концерта, у музыкантов есть причины порадоваться заслуженному успеху. 

К сожалению, за пределами моего внимания оказались два украинских проекта, по пересказам с большим энтузиазмом встреченных публикой: этноджаз в исполнении харьковского Acoustic Quartet и певицы Анны Чайковской и киевский проект "Пазлы вечности" с участием скрипичного дуэта и трио Натальи Лебедевой. Не без потерь.

 Анна Чайковская и Acoustic Quartet

Помимо звезд первой величины, выступивших на сцене имени Эдди Рознера, фестиваль собрал представительную в смысле географии сборную европейских участников: четыре – из Великобритании и по одному – из Германии, Австрии, Польши, Франции и Швеции. Представительную также в смысле музыкального разнообразия: свинг, этноджаз и хардбоп из Великобритании, мелодичный фьюжн от польского Петра Почяска, танго из Франции, поп-рок с элементами фьюжн от шведской группы Dirty Loops.

Английский певец Энтони Стронг (Anthony Strong) – наследник хорошо известной в вокальном джазе традиции, обещающей симпатии публики, традиции элегантного, немного романтичного, свингового пения. Его ориентиры в этой области вполне очевидны – Фрэнк Синатра, Нэт Кинг Коул, Гарри Конник-мл. От первого Стронг берет элегантность, от второго – немного романтичности, от третьего – раскованность.

 Энтони Стронг

Подобно последним двум Энтони также совмещает пение и игру на фортепиано. Такая манера сулит успех, разумеется, при наличии таланта, но усложняет поиск оригинальности при наличии столь узнаваемых образцов. Похоже, выход британский певец ищет в расширении репертуара и аранжировках, которые пишет сам. Кроме джазовых стандартов эпохи свинга, в его репертуаре блюз, рок-н-ролл, фанк, босанова.

Он охотно и постоянно экспериментирует, подкладывая под известные стандарты нестандартные ритмы. Так, романтическая баллада Unforgetable превращается в босанову, квикстеп Cheek to Cheek – в рок-н-рол, фокстрот As the World Goes By – в ритм-энд-блюз, а The Way You Wear Your Hat звучит в фанковом ключе. Отдельно стоит отметить высокий уровень мастерства партнеров Стронга, которые в полной мере раскрылись уже после концерта, на джем-сейшн, состоявшийся той же ночью в кафе "Арсенал".

 Участники ансамбля Энтони Стронга на джеме в "Арсенале"

Еще два представителя Британии – исполнительница на трубе и флюгельгорне Язз Ахмед (Yazz Ahmed) и кларнетист Арун Гош (Arun Ghosh). Причем Язз Ахмед выступила на фестивале дважды: сначала с собственным проектом, а затем в составе квинтета Аруна Гоша. Оба проекта – этноджаз, но, соответственно, с арабским и индийским привкусом.

Если Язз Ахмед родом из Бахрейна и в своей музыке сочетает с языком джаза ближневосточные, арабские мотивы, знакомые ей с детства, то Арун Гош по происхождению индиец, хотя и вырос в Манчестере в отрыве от родных традиций и изучал индийскую музыку по записям. Что не помешало ему глубоко освоить содержательную и ритмическую сторону индийской музыки, о чем он с большим энтузиазмом рассказал на мастер-классе, попытавшись заодно научить присутствовавших украинских музыкантов индийским ритмам.

 Язз Ахмед

Да и на самом концерте Арун Гош проявил стремление к просветительству, сопровождая каждую свою композицию соответствующими пояснениями.

 Арун Гош и Язз Азмед на концерте квинтета Аруна Гоша

Желание говорить о своей музыке, как правило, не свойственно джазовым музыкантам, но в данном случае оно было уместно и, вполне возможно, внесло свою долю в успех коллектива. Дисков опять на всех не хватило.

 Арун Гош дает мастер-класс

Музыка квартета из Польши в составе которого Петр Почяск (электрогитара), Каетан Боровски (ф-но), Анджей Швенс (бас-гитара) и Павел Добровольский (барабаны) вполне укладывается в рамки понятия фьюжн. Я бы только уточнил – мелодический фьюжн.

Танго – нередкий гость на джазовых фестивалях. С джазом его роднит импровизация, ритмическая свобода и Астор Пьяццолла, благодаря творчеству которого к танго обращались многие выдающиеся джазовые музыканты. Французский квартет Tango Carbon в составе которого Луиза Жалю (бандонеон), Давид Арутюнян (скрипка), Бланш Стромбони (контрабас), Леонардо Лакапер (рояль) исполняет танго, к какому у нас вряд ли привыкли.

 Tango Carbon: Давид Арутюнян и Луиза Жалю

Хотя элемента импровизации здесь почти нет, но зато много ритмической свободы (рваного темпа) и вызывающей эксцентрики. Если, как принято думать, танго – это история страсти, то в музыке группы страсти как раз мало, зато вдоволь экспрессии, иногда несколько иронической, которая часто выражается в шумовых эффектах. Я бы даже сказал, что в ней изрядная доля юмора. Здесь рояль и контрабас используются чаще как ударные инструменты, чем для гармонического аккомпанемента. Каждая вещь превращается в мини-спектакль, своего рода уличную драму. Вполне естественно, что участники квартета любят предварять свои композиции длительными пояснениями и историями.

 Tango Carbon: Бланш Стромбони

Впрочем, эксцентрика относится больше к оригинальным композициям группы (которые обычно принадлежат Леонардо Лакаперу). Когда же они обращаются к произведениям известных композиторов танго, звучание квартета становится подлинно глубоким и драматичным.

Сами музыканты, по их словам, стремятся к тому, чтобы уйти от всевозможных салонных версий танго к его подлинной стихийной природе. Думаю, для многих такое танго было откровением. На следующий день после закрытия фестиваля во Львове, участники французского квартета имели возможность еще раз показать свое искусство украинской публике, на сей раз в Киеве на открытой сцене в Мариинском парке – и с неменьшим успехом. Думаю, за эти два вечера и Tango Carbon, и танго приобрели немало новых поклонников.

 Tango Carbon, дождь и зрители Альфа Джаз Фест

Музыку можно оценивать по удовольствию, которое она приносит, а можно – по глубине. В этом смысле музыка тем интереснее, чем больше традиций, элементов она в себя вбирает, рождая при этом нечто знакомое и одновременно незнакомое, но органичное. К сожалению, самые интересные, как мне кажется, в этом отношении зарубежные группы (если судить по составу инструментов и другой информации) в силу напряженного расписания мне услышать не удалось. Увы, на фестивале иногда приходится выбирать между хорошим и очень хорошим. А если тебя ждет встреча с великим, то и выбирать не приходится.

О чем в следующем репортаже.



powered by lun.ua