Путешествие по Сибири. Адмирал Колчак и шаманские съезды. Часть 2

7
5 листопада 2008

Продолжение. Первую часть В три этапа по Сибири. Ленин, криминал и китайцы читайте здесь.

Культ декабристов и Колчака тут необычайно популярен. Вся история ссыльного Иркутска сконцентрирована в пределах Знаменского монастыря. Напротив входа - памятник адмиралу Колчаку, возведенный на месте его расстрела.

В текстах мемориальных досок Колчак предстает как исследователь Арктики. И никаких намеков на сибирский сепаратизм или белогвардейское прошлое.

Сразу при входе, у храма, могила княгини Трубецкой и ее младенца. С нее начинается кладбище декабристов. Присутствие декабристов - столь значительной интеллигентской столичной выборки, не могло не повлиять на культурный облик Иркутска. Может поэтому об этом городе принято говорить, как об островке Европы в Сибири. История с декабристами придает ему меланхоличный шарм.

В архитектурном облике Иркутска проскальзывают питерские мотивы. По-питерски монументален памятник Александру III на берегу Ангары. Правда, бронзовый император несколько угловат и неуклюж. В сапогах и обвислых галифе, с непокрытой головой и густой бородою, он смахивает на сибиряка-первопрохоца...

Конечная цель нашей поездки - Байкал. Вернее, крупнейший его остров - Ольхон. Перед отъездом из гостиницы обещаем вернуться через неделю, и просим администратора забронировать за нами номера. Женщина что-то черкнула в журнале и заглянула в мой паспорт.

Байкал. Мыс Бурхан на острове Ольхон 
Выявив мое украинское гражданство, тут же потребовала: "Верните Крым России!" Я пообещал, что обязательно верну, как только вернусь домой. Но бронь по возвращении за нами так и не сохранили. И политика тут ни при чем - администратор просто перепутала записи...

Южную часть острова занимают "пластилиновые" холмы, отличающиеся мягкостью своих линий и салатовым цветом травяного ковра. Видавшие виды путешественники утверждают: очень напоминает Патагонию, только намного лучше.

Северный Ольхон иной - это гористая местность с обрывистыми береговыми скалами, песчаными пустошами и хвойными лесами.

Известно, что в водах Байкала обитает до трех с половиной тысяч эндемических видов (т.е., уникальных в своем роде). Но из всей байкальской живности особого внимания достойна рыба. Как по мне - рыба это главное за чем стоит сюда ехать. Омуль холодного и горячего копчения, мороженая расколотка под черным перцем, сырой сиг в масле, да под местную водочку на чистейшей байкальской воде - такого не найти нигде.

Главной шаманской святыней Ольхона является "двурогий" мыс Ойхон-эхэ-бабай, что переводится как: "жилище хозяина Ольхона". Этот самый "бабай", по имени Угутэ-нойон, обитает в пещере у подошвы скалы. Ольхонские буряты испытывают к ней суеверный страх, связывая со скалой массу сакральных запретов.

Холодная вода Байкала способствует рождению завесы облаков 
История почитания мыса насчитывает семь тысяч лет. Раскопками тут была открыта неолитическая стоянка древнего человека, а также некрополь и множество изделий ритуального характера. В роще у мыса еще до недавнего времени хоронили самых знатных шаманов.

На Ольхоне едва ли не каждый мыс занесен в реестр святынь. С точки зрения местных бурят европейцы, разгуливающие по таким местам - самоубийцы. Духи-охранители священных ландшафтов обязательно будут мстить за беспокойство. Правда, туристы откупаются монетками и личными вещами, буквально засыпая ими тропы.

Откупаться от духов, задабривать их - на местном означает "бурханить". В наше время рыбаки, причаливая в любом месте на берегу Байкала, обязательно "бурханят", т.е. отливают на землю несколько капель водки, чаю или кладут под дерево кусочек еды в знак уважения к духам. Пустые бутылки с таких мест забирать нельзя. Они остаются там после ритуала, и святое место за годы превращается в обычную мусорную кучу средних размеров.

Сегодня на Ольхоне происходят шаманские съезды и публичные камлания в рамках фестивалей. В наше время шаман уже идет на камлание и ради денег, устраивая перед публикой шоу. Подобного рода деятельность контролирует созданная "Ассоциация ольхонских шаманов", названная в честь верховного создателя мира - Хухэ-Мунхэ-Тэнгэри.

Впрочем, на "территории шаманского рая" благополучно существует и православный храм (об очередной службе в нем, заведомо сообщается в уличных объявлениях), а также ламаистская Ступа Просветления, которая располагается на пустынном островке Огой.

Байкал. Буддийская ступа на острове Огой
Летом к нему ежедневно отходят с разбитого разрухой причала бывшего Ольхонского рыбзавода катера и суденышки. Ступу возвели всего за сезон, три года тому назад, под руководством ламы из Бутана.  Вертолетами с Ольхона на Огой доставили 350 тонн стройматериалов.

По окончании работ в Ступу Просветления уложили множество реликвий, общим весом до пяти тонн (в том числе: оригиналы буддийских текстов, СD диски с тайнами учения, мощи святых, волосы и капли крови Будды, манускрипты, минералы, раковины с океанов, образцы святой земли из Иерусалима, Иордании, Египта, Мексики и Подмосковья, вода со всех океанов, ржавые корпуса авиабомб времен обеих мировых войн и холодное оружие).

Но такого зрелища, которое открылось на Огое, мне не доводилось наблюдать никогда. В свете солнечных лучей тропы сияли блеском монет. Туристы вереницами тянулись по пологому склону к вершине и припадали в благоговейном трепете к белоснежному кубу.

Байкальская вода годится для питья без очистки

Все пространство вокруг Ступы было укрыто ковром из денежных купюр. Бумажки лежали повсюду, как опавшие листья в осеннем парке. Там находились десятки тысяч рублей.

Каждая новая партия отечественных туристов лезла в карманы и высыпала в траву новые монеты, придавливала камешками очередные десятирублевки. Потом совершала семикратный обход вокруг Ступы в честь дакини Тромо Нагмо и спускалась к катерам на традиционную уху.

Огой напоминал античный остров Левке (Змеиный) в Черном море. Двадцать пять веков тому назад на нем таким же образом скапливались огромные богатства.

Визитеры жертвовали Ахиллу (хозяину этого клочка суши) те же монеты, украшения, дорогую посуду, предметы роскоши, оружие. Периодически на Левке налетали пираты и все это смело сгребали. У этих ребят, надо полагать, были свои отношения с богами.

 
За столетия стараниями кочевников тюркская топонимика растеклась по всей Великой степи, от Байкала до Буджака. Все эти Ак-Кобе, Куртаки, Аккемы, Бурханы - суть наши причерноморские Аккерманы, Бугазы, Бурнасы. Все эти виды, ландшафты и названия, лишали меня в путешествии чувства нового места. Все это, кроме нравов и традиций.

Все фото автора

powered by lun.ua