Заложник Банковой

54
25 грудня 2013

Ярослав Притуленко – единственный из девяти задержанных под Администрацией президента 1 декабря, который по-прежнему находится под арестом. 21-летний парень имеет все шансы стать козлом отпущения для Банковой.

Евромайдан – это современная Украина в миниатюре. Все, что происходит вокруг него – демонстрация истинного положения вещей в обществе, политике и правоохранительных органах.

Так называемое дело "узников Банковой" – самая, что ни на есть, показательная история того, как люди в погонах вершат судьбы обычных людей. Как показывают социологические опросы, украинской милиции доверяет рекордно низкий процент населения. Милиционеры уже давно ассоциируются с оборотнями и упырями, измывающимися над людьми, которым не посчастливилось попасть им в руки.

Девять задержанных 1 декабря на Банковой – Александр Остащенко, Сергей Нужненко, Владислав Загоровко, Юрий Болотов, Ярослав Притуленко, Егор Превир, Николай Лазаренко, Геннадий Черевко и Валерий Гарагуц – испытали всю мощь милицейского бульдозера на себе. Кадры о том, как над ними зверски издевался Беркут, возмутили дипломатов и обычных людей далеко за пределами Украины.

Но это лишь верхушка айсберга. За кадром осталось то, как милицейская система работает со своими жертвами, отрабатывая команду "фас" от власти.

"Фас" был дан, во что бы то ни стало не просто арестовать невиновных – в то время как ни одного из тех провокаторов, которые на самом деле калечили срочников на Банковой, так и не арестовали – но и пришить им организацию массовых беспорядков.

То есть сшить дело так, чтобы доказать, что эта девятка – на самом деле бандформирование.

 

После того, как 3 декабря Шевченковский суд Киева выбрал для них в качестве меры пресечения два месяца ареста, хотя большинство обвиняемых после общения с Беруктом с трудом передвигались, стало очевидно, что подобный сценарий вполне реален.

Перелом в деле наступил, когда оно получило широкую огласку, и на защиту заложников Банковой стали Евромайдан, оппозиция и адвокаты. В итоге восемь человек были отпущены.

Один – Лазаревский – под домашний арест. Четверо – Остащенко, Гарагуц, Нужненко, Черевко – на подписку о невыезде. Еще трое – Болотов, Загоровко и Превир – пошли на сделку с прокурором и частично признали свою вину. Такое полюбовное решение проблемы предлагали почти всем, но большинство задержанных на него не согласились.

Единственный, кому такое разрешение ситуации не предлагали – это 21-летний Ярослав Притуленко.

В стане оппозиции, после того, как Апелляционный суд Киева отказал изменить Притуленко меру пресечения, в приватных беседах говорили, что именно он станет единственной жертвой и, как следствие, узником Банковой.

Мол, против парня играет то, что он был в защитной экипировке. Помимо этого, в его рюкзаке были бутылка с бензином, нож и пневматический пистолет. Однако все это не запрещено законом, а защитная экипировка для человека, увлекающегося экстремальными видами спорта, как Ярослав, – обычное явление.

Кроме того, защитник Притуленко Виталий Касько, адвокат и партнер Arzinger, поясняет, что само оформление задержания Притуленко произведено с такими грубыми нарушениями закона, что сейчас уже говорить о принадлежности парню каких-либо из этих вещей вообще не приходится.

Вся беда Притуленко в том, что взяли его не на Банковой, а на Шелковичной. Так его миновала судьба зверски избитых Беркутом остальных задержанных. Для них переломы, сотрясения и страшные гематомы по всему телу – как бы цинично это не звучало – стали индульгенцией и противоядием от произвола системы, которых у Ярослава нет.

 

Правда, Касько говорит, что Притуленко тоже били. Когда он убегал с Банковой, на Шелковичной его сбили с ног и били кулаками и дубинками 5-6 милиционеров внутренних войск и в штатском. Наносили удары в лицо, в грудь и по всему телу. Смягчила удары экипировка под курткой. Потом его уложили и ногами начали прижимать к железной ограде.

Парень был один, в наручниках, но, тем не менее, милиционеры умудрились обвинить его в оказании сопротивления работникам правоохранительным органов. По данным судмедэкспертизы, у одного из милиционеров на руке оказался синяк. Правда, Ярослав говорит, что видел, как правоохранитель сам зацепился и упал, когда бежал.

В то же время Притуленко так и не смог пройти судмедэкспертизу. По словам Касько, как только защитники взялись за дело – это произошло только 5 декабря – они подали и прокурору, и следователю соответствующие заявления. Но никто на них не отреагировал. Было сделано все для того, чтобы врач к Притуленко не дошел. Сам Ярослав жаловался, что у него болели избитые места еще спустя неделю после задержания.

Но это далеко не единственное нарушение прав последнего узника Банковой.

Притуленко вообще лишили права на защиту. После задержания его отвезли в Голосеевское отделение, где 21-летнего парня допрашивали сразу десять УБОПовцев. Притуленко говорит, что во время допроса, который проходил глубокой ночью, на него оказывалось огромное психологическое давление, чтобы он послушно все подписал. Звучали и угрозы о физическом насилии, которое применят к нему в камере, если будет вести себя "не так, как нужно".

Все воззвания предоставить защитника игнорировались. Более того, один из милиционеров говорил Ярославу, что сам будет его адвокатом. В протоколе допроса значится, что Притуленко просил предоставить ему защитника. В то же время, в материалах дела есть отказ от услуг адвоката, но на нем отсутствует подпись самого Притуленко.

Защитника, некоего Бориса Савицкого с невыясненной репутацией, Ярославу дали уже в зале суда. Причем, указал на него как на защитника следственный судья, что категорически запрещено новым Уголовно-процессуальным кодексом.

Учитывая все эти кричащие нарушения, адвокаты еще 13 декабря направили все необходимые документы для внесения заявления о совершении уголовного правонарушения в реестр. Но реакции до сих пор не последовало.

 

Касько рассказывает, что нарушений и не состыковок по ключевым фактам в деле очень много. Это дает ему основания говорить о попытке правоохранителей сфальсифицировать дело. Он готов доказать это в суде.

Сейчас, исходя из тактики прокурора, очевидно: делается все, дабы доказать, что Притуленко оказывал сопротивление при задержании. Обвинение хватается за любую натяжку, поскольку никаких доказательств того, что Ярослав участвовал в штурме Банковой или бросал булыжники – нет.

С момента ареста Притуленко, никаких следственных действий с ним вообще не проводится, он просто сидит в изоляторе. "Зачем тогда нужно было его арестовывать?" – недоумевает Касько. Он понимает, что у его подзащитного наиболее уязвимое положение, но уверен, что ему удастся вытащить Ярослава.

После принятия 19 декабря Верховной Радой так называемого закона об освобождении от ответственности участников массовых мероприятий, шансов на то, что 21-летний парень не будет осужден, появилось еще больше.

Документ предусматривает закрытие всех уголовных дел и производств, открытых относительно участников акций протеста. После подписания его президентом, все заложники Банковой должны быть освобождены, а судимости аннулированы.

 

Впрочем, у закона есть и обратная сторона. Как утверждает часть юридического сообщества, закрытию подлежат и те дела, по которым жертвы Банковой проходят как пострадавшие от действий Беркута.

Восстановление статус-кво выгодно. Но если опасения юристов верны, закон бесповоротно лишает общество права на сатисфакцию за те зверства, которые чинил Беркут.

А значит, путем Ярослава Притуленко и других заложников власти оборотни в погонах, зная о своей безнаказанности, проведут еще не одну жертву.

Ирина Соломко, специально для УП.Жизнь



powered by lun.ua