Служивый связист. История одной награды "За мужество"

94
15 січня 2016

Станислав Ясько один из немногих, кому удалось собственными глазами увидеть истинную ситуацию на границе с Россией.

Его привезли в госпитать раненым со стороны противника. 

Как так получилось артилерист, получивший награду за мужество, рассказал "Українська правда.Життя".

Он родом из Запорожья. По образованию - юрист. Закрыл собственную фирму и 24 апреля 2014 года пришел в военкомат.

Ясько служивый, связист, и уже имел звание младшего сержанта. Он целенаправленно шел в 55-ю бригаду, в батарею управления.

Чтобы обезопасить себя и семью он сразу же подписал контракт с армией. Добровольцы, по факту, никаких прав и льгот не имеют.

В начале июня сформировали два контр-диверсионных взвода. Ясько перевели на должность гранатометчика во вторую гаубичную батарею под командованием Дмитрия Кушкового, для того чтобы восполнить недостачу личного состава перед выходом в зону АТО. Батарея была сразу прикомандирована 79-й бригаде.

Позиции, которые заняла батарея, были под Дьяково, что в трех километрах от границы с Россией.

- Нас тогда было четыре человека на орудие, а должно быть восемь. Расчёт был сокращен до минимума: командир наводчик и два номера обслуги. Я тогда был номером обслуги. Мне на запорожском полигоне "Близнецах" предлагали, как сержанту, обучиться на наводчика или командира, но я вообще ничего не понимал, поэтому решил что так от меня больше пользы будет, - говорит Стас.

 

Первые дни была тишина. Но чувство, что батарея находится под прицелом, держало в напряжении весь личный состав.

Постоянно работали беспилотники. Один из них даже удалось уничтожить.

На четвертый день дали цели. Работали по кругу, была угроза взятия в кольцо. Артиллерия противника отстреливалась с территории РФ.

- На российскую территорию ни один наш снаряд не упал, - утверждает Станислав.

Соблазнов было много, несколько раз батарея даже поднимала своеобразный бунт против своего командира.

Позиции второй батареи и противника были не только друг другу известны, но и в поле зрения. Работал враг постоянно и очень активно, бойцы требовали или отвечать в полной мере или менять местоположение.

- Ни первого, ни второго нет возможности сделать, - таким был приказ.

Все, что заходило на украинскую территорию, артиллерия уничтожала сразу. В основном это были колонны вражеской техники, машины с боеприпасами и личным составом. В день выпускали тысячи снарядов.

11 июля 79-я бригада, вместе с прикомандированной второй батареей, попали в окружение, в котором пребывали 28 дней.

Крыли ежедневно по 5-6 раз градами и артиллерией, минометы были уже просто семечками.

С провизией была беда: перестали нормально есть и пить. Спасало ближайшее пшеничное поле, как раз колосилось.

- Я, выезжая, весил 90 кг, а в госпиталь приехал 63, - рассказывает Стас.

 

Попытки сбросить провизию авиацией тоже не были успешными, самолеты не долетали.

- Как сбивают самолеты, мы наблюдали постоянно, - вспоминает артиллерист.

Один раз провизию сбросить таки удалось. Голодные артиллеристы в бинокли наблюдали как ящики, со всем, что им так необходимо, ложились прямо на блокпост сепаратистов.

Пожалуй, самый сложный день был, когда загорелось пшеничное поле на огневой позиции.

С такой ситуацией уже столкнулась другая батарея 55-й бригады, тогда пожар захватил огневую позицию, начали взрываться снаряды, загорелись орудия, пострадали машины, поэтому возможные последствия не давали сидеть на месте.

Тушить пожар первым выбежал комбат. Ясько схватил плащ и побежал на помощь командиру.

Вдвоем им удалось победить возгорание, тогда никто больше не осмелился прийти на помощь.

- Говорят, что снаряд дважды в одно место не попадает. 3 августа в мой окоп снаряд попал во второй раз. Я получил сильное осколочное ранение в руку и ногу, - вспоминает Станислав.

Все в тот момент ринулись в комбатский блиндаж, он был самый укрепленный. Ясько добирался до него самостоятельно.

- Прибегаю и говорю: "Помогите, я ранен". Все как сидели, так и остались. Понял что справляться нужно самому. Прошу: "Дайте мне ИПП (индивидуальный перевязочный пакет, - ред.)", - продолжает боец.

Один из офицеров отозвался, что его комплект лежит привязанный к автомату на лестнице у входа в блиндаж, но под обстрелы он лезть не хотел.

- Ему всего-то нужно было протянуть руку до своего брошенного автомата. Спустя еще какое-то время, когда офицер понял, что я действительно сам не в состоянии больше передвигаться, помог мне, но первую помощь я оказывал себе самостоятельно.

 

После того как обстрел прекратился, Станислава отправили на КП 79-й бригады. Там был медпункт, но ничего, кроме перевязки, ему сделать не смогли. Нужен был хирург.

Еще два дня он находился в медпункте, так как переправка в госпиталь была невозможна.

- Мы были в очень плотном окружении. Потом приняли решение меня, еще четверых раненых и одного 200-го переправить через российскую границу.

Обо всем договаривались пограничники. На таможне пассажиров оформляли официально, передали документы россиянам, пересадили в их КамАЗы и повезли.

- Через несколько километров нас передали ФСБшникам и надели мешки на головы, чтобы не знали, куда нас везут. Но я, все равно, увидел огромное количество стянутой техники.

Привезли раненых в город Куйбышево. Там есть артиллерийская часть. Близость ее расположения дает им возможность прямо оттуда и стрелять.

- 90-95% военных, которых я там видел, чеченцы и ингушеты. Явно не русские, по крайней мере. Все на ломанном русском разговаривали. Непосредственно нас охраняли два российских десантника, - рассказывает Стас.

Дальше был допрос. Четверо раненых, которые ехали с Ясько, сразу выкинули свои военные удостоверения дабы, таким образом, себя обезопасить.

- Если бы тогда узнали, что я артиллерист - убили бы сразу. Так поступали еще с разведчиками и снайперами. На мое счастье из-за неорганизованности нашей армии в моем военнике было написано, что я связист, как было по срочке.

 

Допрос проводил майор, тоже не русский.

- Тыкал меня автоматом в грудь и говорил мол, рассказывай как у вас все там, если домой хочешь доехать и родных своих еще увидеть. Я решил рассказать, что приехал всего пару недель назад, станцию разворачивать, мне поверили.

К вечеру, на пропускном пункте в Должанском раненых передали на украинскую территорию и отвезли в полевой госпиталь 72-й бригады. Тогда туда свозили раненных со всего фронта.

- Там меня и прооперировали в срочном порядке. Хирургу большое спасибо, руки у него золотые, - рассказывает Станислав.

Дальше раненных должен был забрать вертолет и вывезти из зоны АТО. Однако, начался обстрел и капитан 79-й приказал всем, кто хоть как-то может двигаться, взять машину и на ней добираться до того места, откуда их сможет забрать вертолет. Точку показал на карте.

Машина была набита оружием. Ясько сел на пассажирское сиденье и схватил автомат.

- Все это мне напоминало какую-то сумасшедшую компьютерную игру. Вижу, куда все танки, БТРы стреляют и я в ту же точку. Уверенны мы были, что едем в правильном направлении? Нет. Уезжали от места боя, в суете еще толком не понимали куда точно, - вспоминает Станислав.

Выехали на блокпост уже в темное время суток. Знаки "свой-чужой" менялись каждую неделю, обменявшись сигналами, определили, что пост таки украинский.

В Гранитном военных уже ждал вертолет.

14 октября 2014 года, на первый День Украинской Армии, президент Украины вручил Станиславу Ясько орден "За мужество" III степени.

 

Евгения Фаенкова, специально для УП.Жизнь

powered by lun.ua