Тест

Служивый связист. История одной награды "За мужество"

Станислав Ясько один из немногих, кому удалось собственными глазами увидеть истинную ситуацию на границе с Россией.

Его привезли в госпитать раненым со стороны противника.

Как так получилось артилерист, получивший награду за мужество, рассказал "Українська правда.Життя".

Он родом из Запорожья. По образованию - юрист. Закрыл собственную фирму и 24 апреля 2014 года пришел в военкомат.

Ясько служивый, связист, и уже имел звание младшего сержанта. Он целенаправленно шел в 55-ю бригаду, в батарею управления.

Чтобы обезопасить себя и семью он сразу же подписал контракт с армией. Добровольцы, по факту, никаких прав и льгот не имеют.

В начале июня сформировали два контр-диверсионных взвода. Ясько перевели на должность гранатометчика во вторую гаубичную батарею под командованием Дмитрия Кушкового, для того чтобы восполнить недостачу личного состава перед выходом в зону АТО. Батарея была сразу прикомандирована 79-й бригаде.

Позиции, которые заняла батарея, были под Дьяково, что в трех километрах от границы с Россией.

- Нас тогда было четыре человека на орудие, а должно быть восемь. Расчёт был сокращен до минимума: командир наводчик и два номера обслуги. Я тогда был номером обслуги. Мне на запорожском полигоне "Близнецах" предлагали, как сержанту, обучиться на наводчика или командира, но я вообще ничего не понимал, поэтому решил что так от меня больше пользы будет, - говорит Стас.

Первые дни была тишина. Но чувство, что батарея находится под прицелом, держало в напряжении весь личный состав.

Постоянно работали беспилотники. Один из них даже удалось уничтожить.

На четвертый день дали цели. Работали по кругу, была угроза взятия в кольцо. Артиллерия противника отстреливалась с территории РФ.

- На российскую территорию ни один наш снаряд не упал, - утверждает Станислав.

Соблазнов было много, несколько раз батарея даже поднимала своеобразный бунт против своего командира.

Позиции второй батареи и противника были не только друг другу известны, но и в поле зрения. Работал враг постоянно и очень активно, бойцы требовали или отвечать в полной мере или менять местоположение.

- Ни первого, ни второго нет возможности сделать, - таким был приказ.

Все, что заходило на украинскую территорию, артиллерия уничтожала сразу. В основном это были колонны вражеской техники, машины с боеприпасами и личным составом. В день выпускали тысячи снарядов.

11 июля 79-я бригада, вместе с прикомандированной второй батареей, попали в окружение, в котором пребывали 28 дней.

Крыли ежедневно по 5-6 раз градами и артиллерией, минометы были уже просто семечками.

С провизией была беда: перестали нормально есть и пить. Спасало ближайшее пшеничное поле, как раз колосилось.

- Я, выезжая, весил 90 кг, а в госпиталь приехал 63, - рассказывает Стас.

Попытки сбросить провизию авиацией тоже не были успешными, самолеты не долетали.

- Как сбивают самолеты, мы наблюдали постоянно, - вспоминает артиллерист.

Один раз провизию сбросить таки удалось. Голодные артиллеристы в бинокли наблюдали как ящики, со всем, что им так необходимо, ложились прямо на блокпост сепаратистов.

Пожалуй, самый сложный день был, когда загорелось пшеничное поле на огневой позиции.

С такой ситуацией уже столкнулась другая батарея 55-й бригады, тогда пожар захватил огневую позицию, начали взрываться снаряды, загорелись орудия, пострадали машины, поэтому возможные последствия не давали сидеть на месте.

Тушить пожар первым выбежал комбат. Ясько схватил плащ и побежал на помощь командиру.

Вдвоем им удалось победить возгорание, тогда никто больше не осмелился прийти на помощь.

- Говорят, что снаряд дважды в одно место не попадает. 3 августа в мой окоп снаряд попал во второй раз. Я получил сильное осколочное ранение в руку и ногу, - вспоминает Станислав.

Все в тот момент ринулись в комбатский блиндаж, он был самый укрепленный. Ясько добирался до него самостоятельно.

- Прибегаю и говорю: "Помогите, я ранен". Все как сидели, так и остались. Понял что справляться нужно самому. Прошу: "Дайте мне ИПП (индивидуальный перевязочный пакет, - ред.)", - продолжает боец.

Один из офицеров отозвался, что его комплект лежит привязанный к автомату на лестнице у входа в блиндаж, но под обстрелы он лезть не хотел.

- Ему всего-то нужно было протянуть руку до своего брошенного автомата. Спустя еще какое-то время, когда офицер понял, что я действительно сам не в состоянии больше передвигаться, помог мне, но первую помощь я оказывал себе самостоятельно.

После того как обстрел прекратился, Станислава отправили на КП 79-й бригады. Там был медпункт, но ничего, кроме перевязки, ему сделать не смогли. Нужен был хирург.

Еще два дня он находился в медпункте, так как переправка в госпиталь была невозможна.

- Мы были в очень плотном окружении. Потом приняли решение меня, еще четверых раненых и одного 200-го переправить через российскую границу.

Обо всем договаривались пограничники. На таможне пассажиров оформляли официально, передали документы россиянам, пересадили в их КамАЗы и повезли.

- Через несколько километров нас передали ФСБшникам и надели мешки на головы, чтобы не знали, куда нас везут. Но я, все равно, увидел огромное количество стянутой техники.

Привезли раненых в город Куйбышево. Там есть артиллерийская часть. Близость ее расположения дает им возможность прямо оттуда и стрелять.

- 90-95% военных, которых я там видел, чеченцы и ингушеты. Явно не русские, по крайней мере. Все на ломанном русском разговаривали. Непосредственно нас охраняли два российских десантника, - рассказывает Стас.

Дальше был допрос. Четверо раненых, которые ехали с Ясько, сразу выкинули свои военные удостоверения дабы, таким образом, себя обезопасить.

- Если бы тогда узнали, что я артиллерист - убили бы сразу. Так поступали еще с разведчиками и снайперами. На мое счастье из-за неорганизованности нашей армии в моем военнике было написано, что я связист, как было по срочке.

Допрос проводил майор, тоже не русский.

- Тыкал меня автоматом в грудь и говорил мол, рассказывай как у вас все там, если домой хочешь доехать и родных своих еще увидеть. Я решил рассказать, что приехал всего пару недель назад, станцию разворачивать, мне поверили.

К вечеру, на пропускном пункте в Должанском раненых передали на украинскую территорию и отвезли в полевой госпиталь 72-й бригады. Тогда туда свозили раненных со всего фронта.

- Там меня и прооперировали в срочном порядке. Хирургу большое спасибо, руки у него золотые, - рассказывает Станислав.

Дальше раненных должен был забрать вертолет и вывезти из зоны АТО. Однако, начался обстрел и капитан 79-й приказал всем, кто хоть как-то может двигаться, взять машину и на ней добираться до того места, откуда их сможет забрать вертолет. Точку показал на карте.

Машина была набита оружием. Ясько сел на пассажирское сиденье и схватил автомат.

- Все это мне напоминало какую-то сумасшедшую компьютерную игру. Вижу, куда все танки, БТРы стреляют и я в ту же точку. Уверенны мы были, что едем в правильном направлении? Нет. Уезжали от места боя, в суете еще толком не понимали куда точно, - вспоминает Станислав.

Выехали на блокпост уже в темное время суток. Знаки "свой-чужой" менялись каждую неделю, обменявшись сигналами, определили, что пост таки украинский.

В Гранитном военных уже ждал вертолет.

14 октября 2014 года, на первый День Украинской Армии, президент Украины вручил Станиславу Ясько орден "За мужество" III степени.

Евгения Фаенкова, специально для УП.Жизнь