Памятник Анне Ярославне как плевок в историю Киева

9321
29 листопада 2016

В любую эпоху Киев сложно было назвать городом памятников.

В имперские времена на киевских площадях стояли ничем не выдающиеся, типовые памятники императорам.

Единственное исключение из этого ряда представлял собой Богдан Хмельницкий, недалеко ушедший от питерского Медного всадника.

После Октябрьской революции город наводнили гипсовые колонны и обелиски монументальной пропаганды, простоявшие всего один-два десяток лет.

Уже после войны Киев обзавелся необходимым для крупного советского города набором памятников – Ленину, Пушкину, множеству украинских советских деятелей, а также Октябрьской революции, комсомольцам 1920-х годов, чекистам и целым рядом военных монументов.

Некоторые из них – безыскусная типовая штамповка, некоторые же – интересные примеры экспрессивной скульптуры 1960-х, несмотря на свое идеологическое содержание. Например, головы чекистов на Лыбедской площади или рвущийся вперед комсомолец в парке на Нивках.

Немало спорных памятников подарили городу годы независимости. Киев обзавелся приземистым памятником Петру Сагайдачному на Контрактовой площади, перегруженными композициями памятников Филиппу Орлику, Вячеславу Черноволу и Георгию Гонгадзе.

Можно сказать, что эти памятники наследуют классическую и советскую традиции, по крайней мере, по своей постановке на площадях и бульварах.

В последние два года Киев потерял множество памятников, пусть идеологических и кому-то кажущихся неуместными. Логично, что на их место должно прийти что-то новое.

К сожалению, новое – далеко не всегда качественное. Основная беда современных памятников и их авторов – неумение сформировать пространство и повлиять на него.

Примеров этому масса. Казак на Рейтарской будто зажал коня между ногами и выглядит неуместно и комично. Дико непропорционален конный памятник Святославу на и без того перегруженной Пейзажной аллее.

Так же нелепо выглядят расставленные по всему Майдану памятники основателям Киева, казаку Мамаю и прочим легендарным персонажам.

Кстати, Майдан и Пейзажная аллея – показательные примеры того, как нельзя ставить памятники.

Придворные скульпторы 1990-х и ставший таковым сейчас Константин Скритуцкий, автор скульптур Пейзажной аллеи, деревянных скульптур в центре города и прочих поделок, окончательно угробили некогда бывшие уютными места.

Свято место пусто не бывает, и теперь вместо многометровых берегинь на улицах Киева появляется все больше скульптурного абсурда вроде памятников интеллигенции (она уже умерла?) в виде птиц, муралов с библейскими заповедями и бетонных водопроводных кранов с глазами.

Открытие памятника Анне Ярославне. Фото предоставлено организаторами фестиваля "Анна-фест"

Последний "шедевр" Скритуцкого – памятник королеве Франции Анне Ярославне. Анна Киевская руки киевского скульптора – восьмилетний ребенок, стоящий на кладбищенском постаменте посреди сквера на Львовской площади.

Едва ли стоит говорить о том, что памятник поставлен совершенно неумело, без оглядки на многовековые принципы постановки.

Несмотря на то, что Анна вышла замуж за Генриха Первого в период с 15 до 25 лет, Скретуцкий изобразил ее ребенком. Возможно ли представить детские скульптуры святого Владимира или Богдана Хмельницкого?

В изобразительном искусстве Анна Ярославна традиционно предстает девушкой или взрослой женщиной, таков и памятник Анне во французском Санлисе.

Памятник авторства Скритуцкого неловко даже сравнивать с советскими девушками с веслом – он и ростом не дотягивает, и не несет в себе соответствующего положительного настроения.

Автор даже поскупился на нормальный постамент – Анна Ярославна стоит на сером бетонном пьедестале, точно таком же, как и у птиц-интеллигентов в сквере на Гончара.

Город, результат многовекового труда десятков поколений, ныне отдан на откуп бездарностям. Бездарностям как от искусства, так и от управления.

Скульпторы вроде этой авторства Скритуцкого заставляют улицы города деревянными буратинами-балеринами, дельцы от стрит-арта вопреки всем художественным канонам изображают на стенах многострадальных домов людей с неправильной анатомией, не имеющие вкуса архитекторы возводят на древних улицах многоэтажные гробы диких расцветок.

А далеко внизу, между расписанными в цветочек полусферами, припаркованными автомобилями, клумбами от "Киевзеленстроя" и киосками ходят горожане, у которых от всей этой какофонии выработался стокгольмский синдром с девизом "ярче – значит лучше!".

Нет, Анна-младенец посреди вытоптанного газона не лучше благоустроенного сквера, пенопласт под штукатуркой не лучше камня, а мурал не лучше мозаики из смальты.

И если на советские или дореволюционные памятники современному скульптору не позволяют смотреть идеологические препятствия, он всегда может взглянуть на зарубежные примеры, на ту же французскую Анну, не похожую на младенца на бетонном коробе.

Лев Шевченко, специально для УП.Культура

powered by lun.ua