Премьер балета Александр Стоянов: "И в нашем театре ты как артист можешь добиться признания на международном уровне"

1973
17 жовтня 2018

Звезду мирового балета Александра Стоянова за дерзкий характер и неподчинение общим правилам несколько раз пытались отчислить из хореографического училища.

Тогда его отстояли педагоги, а сейчас он востребован не только в Национальной опере, где он премьер, но и на мировых сценах.

Александр Стоянов, премьер Национальной оперы и балета Украины

Александр успевает исполнять не только уже классические ведущие партии, но и работает в других жанрах.

Его график выступлений уже расписан на годы вперед. Организация гастролей еще одно поле его успешной деятельности.

От чего зависит признание украинских артистов за рубежом, о новой постановке "Дети ночи-2" и том, в чем балет можно сравнить с сексом, "Украинской правде. Жизнь" рассказал заслуженный артист Украины Александр Стоянов.

– Как произошло первое знакомство с балетом и каким оно было?

– До того, как я поступил в киевское хореографическое училище, я даже не представлял, что такое балет.

Я жил с родителями в солнечном городе на берегу моря, занимался таэквондо и бальными танцами.

Как-то на одном из конкурсов, где я участвовал, к моему отцу подошел мужчина и сказал: "Зачем вам бальные танцы? Я вижу, что у вашего сына хорошие данные для балета – у него может быть блестящее будущее".

Именно после этого отец рассказал, что балет – это красивое искусство, что я буду танцевать на сцене перед большим количеством людей, и предложил им заниматься.

Для этого нужно было переехать в Киев, а я не хотел уезжать из родного города и в глубине души надеялся, что меня в училище на обучение не возьмут.

Тогда мне было 10,5 лет. И родители пообещали, что если я поступлю в  КГХУ, то мне купят горный велосипед. В то время – это была мечта!

– Если бы не велосипед, то вы бы не поехали?

– Возможно. Летом я поступил, и мне таки купили велосипед.

– Что в итоге помогло вам полюбить балет?

– Самое сильное впечатление у меня осталось от выступления Дениса Матвиенко в спектакле "Дон Кихот".

Если до этого я свое будущее не связывал с балетом, а к занятиям в балетном училище относился немного легкомысленно, то увидев Матвиенко на сцене, я пересмотрел свое отношение к этому искусству.

С тех пор я решил много и усердно работать, чтобы добиться хороших результатов.

– То есть Матвиенко послужил для вас мотиватором?

– Да. Но было два фактора.

Со второго курса я начал заниматься с Денисенко Владимиром Андреевичем. Это легендарный педагог, тонкий психолог, он воспитал немало мировых звезд, которые сейчас танцуют в лучших театрах по всему миру.

Даже когда на репетиции я работал в пол ноги, Владимир Андреевич находил нужные слова, я максимально выкладывался и уходил с репетиции уставший и счастливый.

Он всегда поддерживал и помогал моему творческому росту. Благодаря ему я полюбил балет.

До этого меня три раза пытались отчислить из училища за неподобающее поведение, но прощали из-за моих балетных данных.

– Что вы такого вытворяли?

– Ну, например, девчонкам ночью мешал спать, залезал через окна к ним на третий этаж в общежитии. Из-за чего часто вызывали моих родителей.

За меня всегда заступалась педагог по воспитательной работе – Татьяна Черняк. Возможно, если бы не она, я бы сейчас не танцевал.

– Какой же был третий фактор, который вас мотивировал остаться в балете?

– В училище на протяжении многих лет я занимался не в полную силу, как уже говорил, я не планировал в этом искусстве оставаться.

Помню, учитель однажды сказал другим ребятам в классе: "Саша может ничего не делать, но его данные позволят ему сдать экзамен лучше всех".

Александр Стоянов: "В училище на протяжении многих лет я занимался не в полную силу"

И это правда. Я все запоминал и мог потом с легкостью воспроизвести. Так продолжалось из года в год, пока я не поехал неподготовленный на конкурс, где моих балетных данных было мало, чтобы быть в призах.

Это сильно меня зацепило и мотивировало начать работать, а не отбывать номер в училище.

– После выпуска из училища не рассматривали ли вы возможность работы за рубежом?

– Меня тогда пригласили несколько театров. Из украинских – Львовский, Донецкий и Киевский.

Также были приглашения из Новосибирского и Мариинского театров. Еще – из Хорватии, Югославии.

В то время Владимир Денисенко посоветовал идти в Национальную оперу Украины.

Позже были предложения из Большого театра и Берлинской оперы, но к тому времени я уже состоялся как артист, и появилась семья.

Знаете, и в нашем театре, ты как артист можешь добиться признания на международном уровне. У нас с Катей (жена Александра Екатерина Кухар – прима-балерина Национального Академического театра Оперы и Балета Украины, – ред.) в принципе так и получилось – ездим на гала-концерты за рубеж, куда приглашают лучших артистов из разных театров.

В нашем театре очень мудрый директор – Петр Яковлевич Чуприна, он для артистов сознает максимально комфортные условия. Дает возможность премьерам и солистам ездить на личные гастроли за границу.

Это немаловажно, так поступают не все руководители. А наш театр позволяет и поддерживает нас в этом, ведь мы таким образом популяризируем Украину и украинскую культуру.

На гастролях у нас есть возможность учиться у других школ и лучшее привносить в нашу. Например, наша школа сильна в классике, а в Европе, в Америке преобладают другие танцевальные направления.

Александр с женой Екатериной Кучер

– С какими театрами сейчас работаете за рубежом?

– Мы не работаем с каким-то конкретным театром, а гастролируем. Есть контракты на несколько лет вперед, поэтому даже времени на отдых нет.

Если работать в качестве приглашенного артиста в каком-то театре, то чаще всего тебе нельзя танцевать параллельно на других сценах. За границей к артисту балета относятся как собственности.

– Некоторые артисты говорят, что гонорары за рубежом для украинцев намного ниже, чем из других стран. Насколько это правда?

– Конкретную сумму назвать сложно, здесь есть нюансы.

Во-первых, гонорар зависит от уровня артиста. Например, если мы выступаем на одной сцене с коллегами из Ковент-Гардена, Мариинского, Гранд-Опера, то мы получаем почти одинаковую сумму за счет своего мастерства.

Другой вопрос, что есть имидж театра. В мире есть театры, которые зарекомендовали себя – то есть, там государство вкладывает деньги в балетное искусство, из-за чего артист из Гранд-Опера может заработать больше, чем артист из Киева.

Но это исправимо – артист должен доказать, что танцует не хуже, а то и лучше, чем в другом именитом театре.

– То есть одна из проблем – в имидже театра. Какие болезни роста у Киевского театра оперы и балета?

– В балет не вкладывают достаточно средств, а это дорогое искусство. Постановка не может стоить, условно говоря, три копейки.

Например, в Англии выделяется 4 миллиона евро на постановку балета, а  у нас могут выделить 20 тысяч гривен и делайте что хотите.

Национальной опере очень сложно конкурировать с такими гигантами, например, как Ла Скала, Большой, Гранд Опера – поскольку в эти страны приезжает ежедневно невероятное количество туристов – это одни из самых посещаемых городов в мире.

Эти театры могут себе позволить ставить высокую цену за билеты и делать новые дорогостоящие постановки. К тому же балет в этих странах поддерживается на государственном уровне в течении десятилетий.

Например, о Гранд Опера пишут книги, снимают кино, мультики – это тоже способствует увеличению интереса.

А у нас даже меценатство не развито. При этом в балетных кругах наш театр славится хорошей школой. Например, в прошлом сезоне в Киеве я танцевал с примой балериной Ла Скалла Петрой Конти, которая искренне радовалась, что ее пригласили на нашу сцену.

Но к сожалению, отечественный балет на сегодняшний день с трудом удерживает свою прежнюю позицию на мировой сцене. Для того, чтобы он и дальше находился среди лидеров, его необходимо поддерживать на государственном уровне.

– А какие сейчас заметны положительные изменения в украинском балете?

– Люди больше им интересуются. Даже артисты оперы нам немного завидуют.

Из позитивного – радует, что появляются новые постановки.

– Вы имеете в виду вашу премьеру "Дети ночи-2"?

– Не только. Например, в Украине плодотворно работает Раду Поклитару.

– А как возник балет "Дети ночи"? Насколько я понимаю, это же не вполне классический балет.

– Это неоклассика на основе классической хореографии. Можно сказать, что это попытка внедрения европейской хореографии в украинский театр, которая оказалась успешной.

В марте этого года состоялась премьера одноактного балета "Дети ночи", мы слышали очень много позитивных откликов и просьб со стороны зрителей сделать продолжение истории.

Кроме положительных отзывов от зрителей, постановку высоко оценили в том числе и в Минкультуры. Поэтому мы решили сделать продолжение.

19 и 20 октября состоится премьера второго акта балета "Дети ночи. Андрогин" и история получит свое долгожданное продолжение.

После премьеры в Киеве сразу делаем всеукраинский тур по другим городам Украины: Одессе, Харькове, Запорожье, Днепре и во многих других городах.

А после с этим спектаклем можно смело ехать в Европу и представлять Украину на достойном уровне. Ведь обычно украинский балет за границей презентует классику, а "Дети ночи" – это другой жанр. Уже кстати, есть договоренность про тур с этим спектаклем во Франции.

– Для тех, кто не видел первую часть, про что эта история?

– Это история об Андрогинах – мифических существах, которые когда-то обладали двумя парами рук и ног, двумя лицами на одной голове и которые возгордились своим могуществом, за что были наказаны Зевсом и разделены на две части – мужскую и женскую.

С тех пор каждая из этих частей вынуждена искать свою половинку. Фраза "Найти свою половинку" появилась благодаря этой легенде.

Андрогина танцуем мы с Екатериной Кухар. В спектакле нашу пару пытаются разделить Дети ночи – это соблазны, страхи, сомнения, которые приходят с наступлением ночи, эти партии танцуют солисты Национальной оперы Украины и которыми управляет Провидец. Он не хочет, чтобы половинки были вместе...

– Чем вы удивляете в спектакле?

Хореографией Александра Абдукаримова из Берлина, музыкой Антонио Вивальди, костюмами, которые выполнены с имитацией обнаженного тела, 3D-технологиями вместо декораций.

Это единственный спектакль, где я практически не ухожу со сцены в первом акте. Для меня это спектакль на выносливость, я постоянно нахожусь на сцене, то с кордебалетом, то в дуэте с Екатериной Кухар, то танцую сольно.

Кто-то из артистов нашего театра сказал хореографу, что мол, Стоянова можно "эксплуатировать" по полной, он все равно не устает. В итоге после первого дня впервые можно было увидеть меня лежавшим на полу сцены от усталости.

– А какие роли в вашем репертуаре вам особо дороги?

– Тореадор в "Кармен", "Дон Кихот", Конрад в "Корсаре" – они мне очень нравятся с точки зрения музыки, исполнения, харизмы.

"Ромео и Джульетта" и "Щелкунчик", потому что связаны с личными воспоминаниями. "Щелкунчик" – это первый наш совместный спектакль с Катей. А в "Ромео.." мы ничего не играли, потому что все чувства на сцене были неподдельными, искренними.

 Андрогина Александр танцует с Екатериной Кухар

– В нескольких спектаклях вы исполняете роль принца – это такая сценическая карма?

– На самом деле роль принца не считается глубоко драматической, в отличии от роли Альберта в "Жизели" или того же Ромео. Не хочу показаться нескромным, но для роли принца важны хорошие физические балетные данные.

– Что вы конкретно имеете в виду?

– Нужно иметь правильные классические линии тела – за это спасибо моим родителям. Если таких природных данных нет, то даже безупречная техника исполнения не поможет.

– Принцев мало и на всех их не хватает… А конкуренция среди мужчин в балете есть?

У мужчин в балете конкуренция намного меньше. И в этом проблема.

Когда рядом работают, к примеру, Денис Матвиенко или Леонид Сарафанов, Сергей Полунин (которые сейчас работают вне Украины – авт.), то был бы дух какого-то соперничества, азарта.

Думаю, что для начинающих артистов это было б определенным стимулом.

Ваша жена в интервью говорила, что ее педагог Валерий Ковтун учил: "Чтобы не случилось в дуэтном танце, всегда виноват партнер". Насколько вы чувствуете ответственность за партнершу?

– Это 100%-ная правда. Например, во время танца в адажио зрители смотрят на балерину, но от партнера зависит четкость, слаженность ее движений. Да и в целом, красота и пластика танца.

На самом деле, я очень волнуюсь, когда танцую в дуэте, потому что полностью сконцентрирован на партнерше.

Дуэт – это отдельная наука, где учат как правильно делать поддержки, потому что значение имеют доли секунды.

То есть мужчине легче танцевать сольные партии, чтобы не напрягаться?

– Не совсем. Когда ты молодой, полон сил и энергии, легче танцевать соло. А с возрастом, обычно уже прыжки даются труднее. Но чем старше артист, тем больше опыта и с каждым годом легче танцевать дуэтные партии.

Хотя бывают случаи, что в дуэте некоторые балерины не помогают – например, не отталкиваются от пола, и соответственно поднять ее над своей головой на вытянутые руки не так уж и просто.

 Дуэт – это отдельная наука, где учат как правильно делать поддержки

– Они этого не делают из принципа или не умеют?

– В балете как и в сексе, если партнеры не чувствуют друг друга и у них нет диалога, то красивого и качественного дуэта, скорее всего, не получится.

– Танец – это большая физическая нагрузка. Есть ли какие-то профессиональные секреты от усталости?

– Главное – правильное дыхание. За счет него мышцы не забиваются и ты можешь распределить свои силы в танце.

С опытом ты уже знаешь в каких партиях и как можно распределить нагрузку: где поднапрячься, а где можно передохнуть. Дыхание – это очень важный фактор.

– Как и в опере.

– Да. Кстати, правильному дыханию научил меня мой друг-фаготист.

– Украинская оперная певица из Венской оперы Зоряня Кушплер в интервью говорила, что начать знакомство с оперой можно с раннего Верди- "Риголетто", "Травиаты".

А какой балет вы порекомендовали бы для новичков-зрителей?

– Чтоб рекомендовать важно понять какие у человека вкусы, но определенно всем, и детям и взрослым, нравится классическая постановка "Щелкунчик".

Еще в нашем театре есть интересная постановка Ярмоленко "Свадьба Фигаро" – это балет с юмором.

Тем кто идет впервые, также понравится яркая и красочная "Шехеразада".

Если хочется, более глубоко драматического, то – "Лісова пісня" или "Жизель" – это история о девушке, которая умерла узнав о измене любимого и после чего стала Виллисой. Вилисы выходят на землю из своих могил ночью и мстят мужчинам, одиноким путникам, за свое несостоявшееся женское счастье. С рассветом они снова исчезают.

– Легко ли быть мужем примы-балерины? Не чувствуете себя в тени?

– Не чувствую в тени, потому что в мире балета я признан как премьер. Порой смущает фраза, которую я сам запустил ради шутки год назад: "Муж Екатерины Кухар".

Долго уговаривал Катю взять мою фамилию, но пока есть сложности с документами. Хотя в балетных кругах ее называют Стоянова.

– Но официально вы не расписаны?

– Да. Мы только обвенчаны.

– Смотрите эфиры "Танцы со звездами" с Екатериной в качестве судьи?

– Конечно!

– В зале, рядом с женой, или дома?

– В прошлом году на первом эфире присутствовал непосредственно там и меня так трясло от волнения.

Так что в следующий раз остался дома смотреть. Уложил детей спать, а сам смотрю и еще больше нервничаю.

Третий раз – был в поездке, смотрел онлайн, но тоже было неспокойно.

Теперь решил, что если смотреть, то уже в самом павильоне, где проходит шоу. Также и на спектаклях – мы всегда стоим за кулисами и наблюдаем друг за другом, если кто-то из нас танцует на сцене с другим партнером. Это очень волнительно.

– Вы ревнивый?

– Да. Но Катя – более ревнивая.

– Как на ее поклонников реагируете?

– Хорошо. Я только рад, что она интересна людям. И это поклонники, которые восхищаются ее красотой, талантом и умом.

– А вас поклонницы атакуют?

– Я ж не медийная личность, чтобы прям атаковали. После спектаклей подходят и маленькие девочки, и женщины, просят автограф или селфи. Конечно, это приятно.

– В вашей семье кто занимает ведущую партию?

–У нас распределены обязанности. Например, все, что касается детей, то финальное слово за Катей.

Я разрешаю детям очень многое, но это не правильно. Хотя могу долго их баловать, а потом немного приструнить. Бывает по-разному.

Если мы на гастролях, то помогают родители жены и няня.

– Думали ли переехать жить в другую страну?

– Думали не об этом, а о том, где провести старость.

– Уже?!

– Стараюсь обо всем думать заранее. Наверное, когда, мы состаримся, хотелось бы иметь домик на берегу моря – в Италии, Испании или в Украине.

– Какой вы видите свою жизнь через 5-10 лет, чем хотите заниматься?

– Сейчас мне 31, а через 5 лет я уже, наверное, закончу танцевать. Балет это искусство молодых, поэтому им надо давать дорогу.

Мне интересна организация гастрольной деятельности, что собственно я и пытаюсь сейчас тоже делать. В перспективе хотелось бы иметь свою труппу, заниматься развитием театра, балета. 

Ирина Голиздра, специально для УП.Жизнь

Все фото предоставлены пресс-службой артиста

powered by lun.ua

Головне на сайті