Честный Евромайдан

25
28 травня 2014

287.855 подписчиков и стабильное место в десятке украинского сегмента Фейсбук по показателю talking about – фантастические показатели для страницы "ЄвроМайдан", которой вообще не существовало еще в ноябре 2013 года.

"Украинская правда. Жизнь" рассказывает о команде, которая его создала и делает до сих пор.

"ЄвроМайдан" – ровесник одноименного украинского протестного движения, возникший в тот же вечер, когда первые неравнодушные, журналисты вышли на главную площадь страны – создал Владимир Компаниец.

Всего через неделю профиль имел около 70 тысяч фанатов, а автор не успевал в одиночку выкладывать на нем все появляющуюся информацию. На этом этапе к проекту и подключилась команда уже известного не только в Киеве, но и всей стране движения "Честно".

Честно

В офисе команды, которая делает главную страницу о революции – даже стулья веселые и необычные. Атмосфера – соответствующая. В наиболее горячие времена здесь не только работали, но даже ночевали.

 Павел Миронов, редактор. Фото Анны Грабарской

Сейчас ребята со смехом и смущением вспоминают то время, когда выдавали по несколько новостей в минуту.

"Мы ведь вообще не новостийщики, – напоминает Инна Борзило.Основной вид нашей деятельности – аналитика. А тут мы научились работать, как целая редакция. Мы теперь знаем, что можем это".

Неопытные новостийщики работали так четко и слаженно, что их сразу стали воспринимать, как официальную страницу Евромайдана в Фейсбук. Например, часто обращались с просьбами передать что-то политикам или заявить со сцены Майдана – а они сами с политиками и не общались никогда.

Впрочем, самой сильной стороной было не только и не столько информирование.

"Мы еще и активно мобилизовали аудиторию, вытаскивали людей на улицу, – вспоминает Тата Пеклун.Мы сами делали плакаты накануне очередного Вече, мотивационные картинки и все-все, чего другие себе не могли позволить. Более того, мы также оставляли за собой право, в случае необходимости, призывать к конкретным действиям, а также фильтровать призывы к агрессии и ненависти".

Первыми авторами страницы заинтересовались журналисты из Беларуси.

 Оксана Олексив, редактор. Фото Анны Грабарской

"Тогда было много позитива, протест был мирным, и всем хотелось о нем рассказать. А у кого расспрашивать, как не у тех, кто больше всего об этом пишет?"

Команда начинала с 800 лайков под публикацией, а теперь бывает и 50.000. Так, например, случилось с фотографией одиночного протеста в Смеле.

"Мы выложили фотографию одинокого мужчины с плакатом в поддержку Автомайдана, и за 15 минут она собрала 4.000 лайков. Он каждый день выходил на протест, и мы писали о нем. Его вообще так поддерживали! Мы очень рады, что поддержали его, и он смог почувствовать, что не один. Это было круто. И он крутой".

"У нас было время, когда нас читал один миллион человек! Это аудитория Украинской правды в мирное время! А наш рекорд, – не без гордости отмечает Светлана Залищук, – 3 миллиона посетителей в день! Это как целый телеканал!"

Светлана Залищук, редактор. Фото Анны Грабарской

Пик посещений ЄвроМайдана был зафиксирован в знаковые для всех следящих за революцией дней – 30 ноября и 22 января, когда появились сведения о первых убитых. Первый спад – 14 февраля. Видимо, людям, наконец, впервые за долгое время, именно тогда захотелось отдохнуть.

Залищук смотрит еще глубже: "Это опыт не только нашей команды – всей страны. Эта революция началась в социальных сетях и в них организовалась. Наша страничка – характерный признак и подтверждение".

Свою причастность к ЄвроМайдану "Честно" скрывало долго. Из страха.

"Даже не за себя, а за людей, за страницу", – подчеркивает Залищук. Коллектив опасался репрессий, которые, естественно, сделают невозможным работу информационного канала, необходимого десяткам тысяч.

Кроме арестов и изъятия компьютеров и серверов, боялись хакерских атак и взломов. "Защищаться от хакеров пробовали всеми возможными способами", – рассказывает Инна. В связи с этим случались и курьезы: "Иногда так перестраховывались, что потом сами зайти на страницу не могли".

Выйти на публику ребят уговорила не только "Украинская правда. Жизнь", но и необходимость – они стали номинантами престижной премии Boobs и победил в категории "Лучший блог" по количеству голосов пользователей.

Теперь, казалось бы, страница не так актуальна – но возникла новая угроза, поэтому закрывать страницу в ближайшее время никто не будет.

"Мы испытываем огромную ответственность из-за доверия к нам людей. Поэтому, не можем позволить себе работать как попало, не можем опаздывать, не можем бросить", – заключает Инна.

Владимир Компаниец

Меня не устраивал беспредел режима Януковича по отношению к своему народу, и в середине 2013 года я начал изучать компании по объединению людей через социальные сети в разных странах: Навального в России, "арабской весны" в Египте, Occupy Wall Street в США.

Владимир Компаниец на фото справа. Фото Bogdana Babych

В середине ноября принял решение использовать полученные знания для вывода людей на митинг 24 ноября, и в ночь с 20 на 21 ноября запустил компанию через ФБ.

Но Мустафа Найем, увидев ажиотаж людей в фейсбуке, позвал их на Майдан вечером 21 числа, чем немного скорректировал мои планы. И мне пришлось в ту же ночь запустить страницу ЕвроМайдана.

Тата Пеклун

Виртуальная реальность ЕвроМайдана, как трясина, затягивала глубже и глубже, подменяя реальные действия на Майдане – постами, эмоции – лакйкам и репостами, собственную способность анализировать события – фейками и манипуляциям троллей.

Фейсбук во время уличных протестов – сильный инструмент для самоорганизации людей, для координации их протеста, поиска ресурсов и идей, для мобилизации тех, кто готов к активным действиям и нуждается в оперативной информации.

Но это очень плохая штука для тех, кто сам хочет стать участником событий.

Тата Пеклун, редактор. Фото Анны Грабарской

Мы не могли стать классическими репортерами, поскольку не оставались в стороне, искренне делились своими эмоциями и оценками с читателями, вперемешку с фактами и объективной информацией. И не могли оставаться активистами, поскольку наших постов и новостей ждала огромная аудитория.

Каждый нашел иллюзию баланса между этими состояниями самостоятельно...

А также мы активно размещали информацию наших читателей, их собственный контент, иногда сделанный специально для страницы, – а значит, для тех, кто рано или поздно закроет Фейсбук и выйдет на улицу, станет каплей в океане. Это воодушевляло больше всего.

Именно читатели, сотни их сообщений со словами поддержки, их вера и неверие, заставили многих из редакции покидать ленту и лично участвовать в штурмах и акциях, автопробегах и демонстрациях, больничной варте, в работе мобильных госпиталей, в подготовке молотовых и ежей – во всем, чем жили самые горячие и холодные точки Майдана всей страны.

Інна Борзило

Дивовижно, але серед тисяч приватних повідомлень на ЄвроМайдані, вдавалося регулярно підтримувати листування з певними людьми. Ми ставали такими собі "віртуальними друзями", регулярно висвітлювали на сторінці їх новини, прохання про допомогу.

Пригадую, ми отримали фото чоловіка, який вийшов на одиночний протест у місті Сміла. За 15 хвилин після публікації вже зібрали 4.000 лайків! Він став героєм, а потім і легендою – до нього їздили учасники Автомайдану та веломайдану. Цікаво, як він там зараз?..

Інна Борзило. Фото Ганни Грабарської 

А взагалі, читаючи повідомлення, відчувала себе працівником служби психологічної допомоги. Хоча й сама б від такої допомоги не відмовилася.

Радослава Чекмишева

ЄвроМайдан – це громадянська позиція. Це сконцентровані: досвід, знання, світогляд, політичні переконання кожної особистості, яка працювала над створенням сторінки.

ЄвроМайдан – продукт інтелектуальний, і його феномен полягає не лише в часовій актуальності, але й в унікальності самоорганізації тих, хто творив його. Це не зовсім ЗМІ, не зовсім соціальне медіа, але й не зовсім громадянська журналістика, це щось посутнісно нове й свіже для нашого інформаційного простору.

Радослава Чекмишева. Фото Ганни Грабарської 

Нині, коли ще пройшло не так багато часу, дуже важко опосередкуватися й робити спроби аналізу того, що з нами сталося й ким ми були. Але те, що я знаю точно: ЄвроМайдан – це не просто сторінка в соціальній мережі. ЄвроМайдан – це ми.

Антон Кушнір

Неможна сказати, що ми зберігали повну анонімність: у багатьох активістських середовищах, з якими ми співпрацювали, знали, хто займається сторінкою. Також це було відомо деяким журналістам, які використовували інформацію з нашої сторінки у своїй роботі.

Однак широкому загалу було невідомо, хто ж стоїть за сторінкою. Це робилося не лише з міркувань особистої безпеки – хоча в ситуації, коли громадських активістів атакували й викрадали, це було не зайвим – але й задля безпеки самої сторінки.

Головний редактор Антон Кушнір. Фото Ганни Грабарської

Ми використовували цілий арсенал засобів, аби захиститись від зламу наших екаунтів. Крім того, якби в нас виникла підозра щодо якогось екаунту, ми мали змогу оперативно заблокувати йому доступ до сторінки – однак наслідки зламу сторінки могли бути дуже небезпечними: нам довіряли, і влада могла б це використати, наприклад, закликавши через зламаний екаунт атакувати відділок міліції абощо, із передбачуваними жертвами.

Вадим Гудима

За ці кілька місяців накопичилась просто шалена втома. Гріх жалітись, так, мабуть, почувається половина країни. Втома не стільки фізична, скільки моральна – як сказала одна моя подруга: "По штабах ідіоти, з постачанням завал, а про фронт краще навіть не згадувати".

Редактор Вадим Гудима. Фото Ганни Грабарської 

Якщо серйозно, то найбільше хочеться нарешті повернутись до "нормального" життя громадських активістів – боротись проти корупції, за підзвітність і прозорість влади, привчати співгромадян до відповідальності за їх власну долю.

Без постійного відчуття, що кожна наступна новина може бути ще гіршою за попередні.

Вадим Міський

Так сталося, що найбільш помітним моїм вкладом у сторінку #ЄвроМайдан стала інфографіка. Напевне, Ви теж бачили графіку "Диктатуру узаконено", "Журналістський спротив", "Зброєю по медіа" чи "Санкції ЄС: як зупинити режим".

Медійний і суспільний ефект від публікацій був настільки сильним, що вже за годину графіка з'являлася на #УП, транслювалася на #hromadske, її передруковували більшість українських медіа, а ще за кілька годин – KyivPost, Die Welt чи італійські євромайданівці просили про переклад.

Вадим Міський, редактор. Фото Andrei Marusov

Важливі меседжі чув увесь світ, який хоч трохи слідкував за Україною в онлайні.

Разом із тим, запам'яталися одиночні чергування в спокійну ніч на стрічці, коли раптом стається штурм суду й побиття Юрія Луценка. Або прямі репортажі – з лікарень, де зникають євромайданівці, чи з #МаршМира в Москві.

Інга Вишневська

ЄвроМайдан – це важлива й неочікувана можливість допомагати через поширення необхідної інформації.

Сторінка знала про всі акції, давала можливість дізнаватися про найважливіші події та потреби, намагалася поєднати людей між собою, і, навіть, надихати читачів від однієї акції до іншої.

Інга Вишневська. Фото Olga Yakimovich 

Усе, що відбувалося з оточуючими, кожна фотографія й кожна ініціатива від незнайомої людини, навіть в особистій стрічці Facebook, ставала "надважливою" і звертала на себе "надувагу". За цей час постійно відкривалися нові активісти в Києві, активісти з інших країн намагалися донести свою позицію й підтримку. Усе це складалося в якийсь певний список, за яким потрібно слідкувати.

Мені здається, що для кожного ЄвроМайдан став певною звичністю тримати "руку на пульсі" важливої інформації.

Анна Грабарская

Безусловно, этот проект очень сильно повлиял на меня и изменил. Я сделала большинство снимков для нашей странички.

Анна Грабарская, фотограф. Фото Константина Черничкина 

Очень круто было снимать портреты простых людей, которые ходили на баррикады. Однажды я сняла молодую женщину с сыном, которые пришли на баррикаду в один из самых горячих дней и раздавали чай и печенье. Это был просто красивый портрет красивой киевской семьи.

Я сразу опубликовало это фото. В первый же час она собрала около 10 тысяч лайков. Потом эта женщина меня нашла и сказала, что они еще не успели разлить весь принесенный чай, а ей уже позвонили друзья и сказали, что видели её на нашей странице.

Одне з повідомлень Ганни Грабарської на Facebook 

А еще, уже после "побега Янушеску", я продолжала (и продолжаю) ходить на баррикаду возле стадиона Лобановского. Однажды баррикадник Коля, мой земляк из Кривого Рога, сказал, что у него нет сменной обуви, а ему надо кроссовки постирать. Я написала на нашей странице, мол, кто может – принесите пару 42 размера. На следующий день там все жители палаточного городка возле стадиона Лобановского были переобуты (смеется).

"Украинская правда. Жизнь"

powered by lun.ua