Откровения Волошинской сцены

16
19 вересня 2013

Отдельные впечатления об "отдельной реальности" 11-го Коктебельского джазового фестиваля

При взгляде на программу Коктебельского джазового фестиваля почти неизбежно ищешь утешения у Козьмы Пруткова. Всего не объять, везде не поспеть.

Уже традиционно – три сцены: Open Stage – утренняя, Волошинская сцена – дневная и вечерняя, и Nu Jazz Stage – вечерняя и ночная. Сорок девять концертов в течение четырех дней. И, конечно, по воле случая, самое интересное (исполнители, которых заранее себе наметил) происходит одновременно на двух разных сценах. Словом, надо выбирать.

В первый же вечер, попытавшись успеть в два места и пожертвовав половиной концерта французско-русского Zig Trio на Волошинке, я все равно не успел на концерт Нильса Петера Мольвера и, дабы уберечься в дальнейшем от подобных разочарований, решил ограничиться одной Волошинской сценой.

 Zoe Gilby. Фото Алексея Карповича

Постоянный ведущий и куратор Волошинской сцены Алексей Коган называет свою фестивальную территорию отдельной реальностью. Впрочем, эти же слова часто относят и ко всему фестивалю. Что ж? В таком случае Волошинка – это отдельная реальность в отдельной реальности.

Коктебельский фестиваль – не просто музыкальный фестиваль и даже не просто музыкальный фестиваль на открытом воздухе. Это сотрудничество моря и музыки как равноправных участников. Гости фестиваля едут к морю, а также на фестиваль. За южным мироощущением, многократно усиленным до предельных или запредельных вибраций. Словом, это джаз у моря, джаз на пляже. Или даже так: джаз-у-моря, джаз-на-пляже. Как одно слово. Почти особый жанр. Не всякая музыка здесь подойдет.

Напротив, Волошинская сцена, расположившаяся в ограде дворика дома-музея Волошина, где под деревьями расставлено всего около трехсот стульев (для сравнения: территория Nu Jazz Stage способна вместить шесть или даже больше тысяч) – создает камерную атмосферу.

Своего рода фестиваль внутри фестиваля и, пожалуй, выбор между джазом-на-пляже и просто джазом.

Но и, ограничившись Волошинкой, рассказать подробно обо всех концертах – их здесь было двадцать плюс заключительный джем! – не так просто. Тем более что не все впечатления равноценны.

Уже традиционно существенным было участие украинских музыкантов (всего шесть выступлений). Впечатляющий десант из Киева.

В названии Коктебельского фестиваля – фестиваль джаза и world music – все большую роль играет вторая составляющая. Именно киевские музыканты внесли весомый вклад в оправдание как раз первой составляющей названия фестиваля – как джазового:

Трио Натальи Лебедевой (Наталья Лебедева – клавишные, Константин Ионенко – бас, Павел Галицкий – барабаны),

Трио Натальи Лебедевой. Фото Алексея Карповича

Deep Tone project (Виктор Павелко – тенор-саксофон, Александр Павлов – гитара, Константин Ионенко – бас, Павел Галицкий – барабаны) и

French Connection Jazz Quartet (Андрей Сачева – скрипка, Станислав Чумаков – клавишные, Константин Ионенко – бас, Александр Корсун – ударные).

Можно добавить, что трио Натальи Лебедевой дважды появлялось на сцене. Во второй раз – для того чтобы поддержать британскую вокалистку Zoe Gilby. И это был последний концерт фестиваля, так что последнее слово осталось за мейнстримом.

French Connection Jazz Quartet. Фото Алексея Карповича

Небезынтересным уже по составу инструментов было выступление еще одной киевской группы "День неба" (Ольга Гончаренко – бандура, вокал, Николай Гончаренко – гитара, вокал, Евгений Кендзер – саксофон, Павел Воронецкий – бас, Дмитрий Пасичник – барабаны). Своеобразие звучания группы определяют бандура и философские тексты (хотя и довольно простодушные, на мой взгляд).

Несколько неожиданными в формате джазовой сцены были выступления пианиста Павла Игнатьева соло и певца Виктора Павлика с партнерами. Их участие свидетельствует скорее о симпатиях музыкантов к джазу и миру джаза.

Среди исполнителей из близкого и дальнего зарубежья –

Белорусская группа Tanin Jazz (Татьяна Горошко – вокал, Константин Горячий – клавишные, Вячеслав Сергиенко – бас, Александр Минец – барабаны), исполняющая мелодичный поп-джаз, которая в равной мере могла бы вписаться и формат двух других сцен фестиваля. Музыка для настроения, и эту роль она удачно выполнила, открыв завершающий день на Волошинке.

Квартет японской пианистки Юко Окамото: еще один образец мейнстрима – хотя и довольно незатейливый. Традиционные джазовые ритмы, длинные соло саксофониста Ура Хиронори тоже вполне традиционные. Мне показалось, что музыканты просто хотели доставить удовольствие публике, в чем, кажется, и преуспели.

 YUKO OKAMOTO QUARTET 

Французско-русское Zig-Trio: Зигфрид Дебребан (клавишные), Петр Архипов – бас, Виктор Пивторыпавло – барабаны. Музыка многосоставная, клокочущая. (Увы, впечатления от этого концерта у меня оказались смазанными по собственной вине. Желание быть одновременно в двух местах приводит к двойным утрам.)

Швейцарское трио Plaistow в составе Йохана Буркенеза (Johann Bourquenez) – ф-но), Сирил Бонди (Cyril Bondi) – барабаны и Винсент Руиз (Vincent Ruiz) – бас. Уже старые знакомые и фестиваля, и украинской публики. Помню их выступления в Коктебеле в 2011-м и на Jazz Bez в 2012-м. Несомненно один из лучших концертов фестиваля. Умение нагнетать предельное напряжение (уже знаменитое вступительное соло пианиста), мощный драйв, нехарактерный для свободной импровизации, почти телепатический контакт с партнерами.

Трио Plaistow. Фото Алексея Карповича

Эстонский квартет Oleg Pissarenko Band. Пожалуй, одно из самых запоминающихся выступлений, но благодаря не столько музыке, сколько склонности лидера, гитариста Олега Писсаренко, к прямому общению с публикой. И желание, и тем более умение говорить с публикой – редкость среди музыкантов. Просто по факту. А уж стремление объяснить свою музыку, задать определенные рамки ее восприятия и побудить к размышлениям, самоанализу делает ее чем-то большим, чем просто музыка.

Французский гитарист Шай Себбаг (Shai Sebbag), в музыке которого видны вкус к классической гитаре и world music.

Еще одна швейцарская группа Herbie’s Explo 3000 басиста Херби Копфа с партнерами: Адриан Пфлугсфаупт – сопрано-саксофон, флейта, Ханса Файгенвинтера – клавишные и Пиуса Башнагеля – барабаны. В музыке группы довольно легко определимы пристрастия ее лидера: бразильская музыка (после концерта Херби Копф подтвердил, что играл со множеством бразильских музыкантов) и Weather Report в одном флаконе. Незаурядное сочетание.

Еще одна швейцарская группа Herbie’s EXPLO 3000 басиста Херби Копфа (Herbie Kopf) с партнерами: Адриан Пфлугсхаупт (Adrian Pflugshaupt) – сопрано-саксофон, флейта, Ханс Файгенвинтер (Hans Feigenwinter) – клавишные и Пиус Башнагель (Pius Baschnagel) – барабаны. В музыке группы довольно легко определимы пристрастия ее лидера и участников: бразильская музыка (после концерта Херби Копф подтвердил, что играл со множеством бразильских музыкантов) и Weather Report в одном флаконе.

Особая роль в этом квартете принадлежит Адриану Пфлугсхаупту. Представляя своего партнера, лидер Херби Копф особо отметил, что Aдриан играет на всех саксофонах и других духовых, как например, бас-кларнет, хотя на фестивале показал свое искусство лишь во владении двумя из них. Именно звучание его сопрано-саксофона, чем-то напоминая Wayne Shorter, заставляет вспомнить Weather Report. Тогда как в звучании флейты больше бразильских оттенков. Словом, весьма незаурядное сочетание и, на мой вкус, один из пяти-шести наиболее интересных концертов на фестивале.

Deep Tone project. Фото Алексея Карповича

Но, как говорится, есть впечатления и впечатления. Об одних можно сказать, что это было интересно, забавно, прикольно, неплохо и т.д. Но все это более-менее взаимозаменяемо. Реже возникает ощущение чего-то неповторимого и что теперь уже кажется неотъемлемой частью внутреннего опыта. Пережитое, от которого нельзя отказаться. Во всяком случае для меня это так.

Так вот об этом, т.е. о подлинных открытиях, обещанных в заглавии:

Выступление 28-летнего австрийского пианиста Дэвида Хелбока (David Helbock) – первое откровение Волошинской сцены. Сольный концерт – форма максимального самораскрытия музыканта и в этом смысле всегда своего рода свидетельство не только достаточного технического мастерства, но творческой самостоятельности и зрелости внутреннего мира.

Особенно, если это полностью авторская музыка. Особенно, если такая, как музыка Дэвида Хелбока.

Подобный формат почти неминуемо заставляет вспомнить Кита Джаррета, и в данном случае это оправдано по двум причинам. Произведения Хелбока также не имеют четко заданной структуры. Это живые импровизации, как бы постепенное собирание гармонии из первоначально случайных звуков. Но, в отличие от Джаррета, у которого музыка рождается из некоего монотонного мотива, у Хелбока все гораздо хаотичнее вначале, пожалуй, даже с изрядной долей музыкальной эксцентрики (в смысле неклассического использования инструмента), а в гармонии он гораздо ближе к Телониусу Монку.

После концерта я поинтересовался, кому из джазовых пианистов Дэвид считает себя особенно обязанным, и он, помимо своего учителя Питера Мэдсона, предсказуемо назвал именно Джаррета и Монка. А на вопрос, о чем его музыка, он, широко разведя руками, ответил: О чем хотите! Это вам решать.

Следующее открытие – Trio Gurchika (Екатеринбург, Россия). "Гурчик" – прозвище лидера трио пианиста Ильи Макарова, с которым играли контрабасист Александр Булатов и гитарист Антон Ильенков (уже известные в Украине по выступлениям группы с небезобидным названием ФСБ).

Многосоставная и очень интеллектуальная (но ничуть не занудная), отчасти ироническая музыка. Пожалуй, главную роль в ней играет цитирование и стилизация: здесь сочетаются цитаты из Грига и кинофильмов об агенте 007, стилизации под Баха и Рахманинова, world music и иронический фокстрот, босанова и звуки компьютерных игр. И все это легко, изящно, неожиданно, но очень естественно переходит одно в другое, порой достигая патетических высот, как в соло Ильи Макарова в заключительной композиции "Фейерверк", с возвратом к легкости и иронии. Словом, это и есть дух подлинного джаза.

Хорошая новость: как уже известно, трио "Гурчика" – участники грядущего Alfa Jazz Fest во Львове. Что ж? Как пишут в таких случаях джазовые рецензенты: Highly recommended.

И третье и, пожалуй, самое сильное откровение – JK3, трио шведского пианиста Якоба Карлсона (Jacob Karlzon), в составе с которым играли Ханс Андерссон (Hans Andersson) – контрабас и Роберт Мехмет Икиц (Robert Mehmet Ikiz) – барабаны.

Судя по записям, которые удалось найти в интернете перед фестивалем, Якоб Карлсон умеет сочинять и исполнять разную и даже очень разную музыку. На фестивале это был чистый мейнстрим, но высшей пробы. Самое простое, что можно сказать об игре Карлсона, это абсолютное владение инструментом и способность быть неистощимым. Сразу вспомнилось выступление Херби Хэнкока на фестивале Jazz in Kiev.

После концерта я спросил у музыканта, кого из джазовых пианистов он считает своими учителями. Карлсон назвал Хэнкока, Кита Джаррета и Маккоя Тайнера. Иными словами, все лучшее в современном джазовом фортепиано.

Концерт трио Карлсона происходил одновременно с выступлением трубача Эрика Трюффаза, пожалуй, главной звезды на "Джаз Коктебель 2013" на главной сцене Nu Jazz Stage.

Признаться, собираясь на фестиваль, я ехал прежде всего на Трюффаза, так сказать, визуализировать любимые записи. Уже в Коктебеле предпочел неизвестное известному, конечно, не без внутренней раздвоенности.

По отзывам, концерт французского трубача был великолепным, для многих, возможно, лучшим на фестивале. Но по окончании выступления трио Карлсона я уже ничуть не сожалел о выборе. Ради этого стоило приехать.

powered by lun.ua