"Свято, де підривають машини і не вщухають постріли". Мешканка Луганська про життя у місті

29332
23 лютого 2022

Від редакції: Авторка тексту публікується під псевдонімом з метою безпеки. Далі – текст мовою оригіналу.

Утром было ощущение, что все происходящее в Луганске с пятницы, 18  февраля – затяжной кошмар. Вроде тех, которые случаются на пике простуды с жаром и метанием в постели. Невозможно в трезвом уме спокойно понять и принять все то, что происходит. 

Закрыты школы, детские сады. Учителям предлагают брать отпуск и уезжать. Многим раздали на руки трудовые книжки. В родительских чатах собирают информацию о том, кто и куда уехал. Уже постфактум нужно написать заявление на месяц отсутствия в школе. 

При всем этом наплыве негативных новостей есть стойкое чувство, что выйдешь утром в город и все будет как раньше. И единственной твоей бедой будет то, что только ты один не отвел ребенка в школу. 

Так хотелось увидеть по дороге на работу школьников с рюкзаками на спинах, встретить толпы людей, спешащих утром по делам! Казалось, что это будет самым большим счастьем – чтобы все было как раньше. 

Видимо этот самообман, что все как-то само собой восстановится, утром в понедельник был не только у меня. 

 "Главный вопрос для всех – почему все случилось именно сейчас? Зимой? Ведь ничего не предвещало этого еще в прошлую пятницу…" 

Отрезвила картинка эвакуируемых. Перепутать невозможно. Мама тянет сумки в двух руках, за ручку одной из них держится ребенок. Проводить их некому – мама на последнем дыхании торопится к месту отправления большого автобуса. 

Эта картинка об эвакуации – сумки, баулы, дети, костыли, инвалидные кресла, запас воды в больших бутылках, неясность, долгое ожидание у автобуса, попытки перекусить из кулечков на уличной лавке и очень хрупкое доверие своей жизни и жизни своего ребенка системе – тем, кто знает чуть больше о происходящем. 

В тот же день я увидела бабушку и внука, которые тоже ждали отправления автобуса с эвакуируемыми. Сидели на  батарее внутри помещения, чтобы согреться. 

И поза, и сумки, и то, как они сидели, говорили о том, что эти люди готовы ехать долго и трудно. Только чтобы остаться в безопасности. Это невозможно описать. Эта картинка не об этой войне. Она о том, что страх за жизнь своего ребенка самый сильный, если  пожилая женщина готова везти внука в неизвестность, только потому что это шанс сохранить ему жизнь. 

Зрелище эвакуации порой жалкое. Бедные люди, часто плохо одетые, старые сумки, привязанные к тележкам, попытки взять самое важное на неопределенный срок. 

Самыми восприимчивыми оказались те, кто в своей жизни ездил мало, кто доверяет новостям, верит тому, что транслируют из "официальных" источников информации, и кто очень внушаем. 

 "В отличие от событий 2014 года, прятаться в погребах сейчас очень холодно, хотя мы все запаслись водой, свечами, теплыми вещами"

Никто из моих знакомых не уехал до сих пор. Выехала одна семья в Украину, потому что пришел срок получать паспорт. Так совпало – обострение военного конфликта и новый украинский паспорт. Ехали в свою квартиру в Киеве, которую купили не так давно, заработав на неё работой в "республике".

Среди знакомых много разговоров об эвакуации. Кто-то критикует фото раскладушек на стадионе в России, где разместили сотни приезжих. Кто-то говорит, что лучше так, но в безопасности. 

Очень показательно, что те мои знакомые, кто имеет возможность уехать, выбрать место и оплатить поездку, остались дома. Надежды на то, что все или быстро закончится, или не будет настолько серьезным. На вопросы друзей, почему они не выезжают, слышу, что держит работа и страшно оставлять мужчин, которых могут мобилизовать в армию в любой момент. 

Несколько семей знакомых выехали самостоятельно. Мужчины довозят своих детей и жен до границы, пропускной пункт они уже переходят сами. А на той стороне их встречают или родственники, или же никто. Мужчин призывного возраста в Россию не выпускают. 

Ключевые слова понедельника, 21 февраля – "мало" и "много". 

В городе мало мужчин, мало транспорта, мало машин, мало достоверной информации, мало хлеба, мало питьевой воды. И очень много слухов и домыслов из разряда подслушанного, услышанного, увиденного краем глаза. 

 "В городе мало мужчин, мало транспорта, мало машин..."

Истории о встреченной соседке, которая сказала "не нервничать и переждать все", потому что вот-вот все решится. Люди готовы цепляться за любую надежду, чтобы поверить в то, что у них будет все хорошо. 

Кто-то отправил мужа и сына за город, у кого-то сидят дома и не отпирают незнакомым, кто-то ходит на работу, понимая, что деться в этой ситуации некуда. 

Много разговоров о том, что в 2014 году не было всеобщей мобилизации  и люди шли в ополчение добровольно. Никто до последнего не думал, что приказ о мобилизации окажется правдой. 

И, судя по комментариям в моих чатах, желания доказывать что-то с оружием в руках или идти выполнять свой долг нет ни у кого. Это очень показательно. 

Есть война и есть своя жизнь. И многие говорят прямо о том, что хотят мира, хотят обойти стороной любые острые углы даже при максимальной лояльности к "республике".

Еще одно наблюдение. Наиболее трезво на ситуацию смотрят те, кто может анализировать, кто не покупается на картинку или призывы из телевизора. 

И еще одна общая черта – люди стараются выдержать паузу, разобраться во всем, не делать поспешных выводов. Но общее ощущение для всех – так, как сейчас, еще не было. И многие готовы пережить все – не уезжая, не покидая своих домов, только бы не было отключения электроэнергии и воды. 

Главный вопрос для всех – почему все случилось именно сейчас? Зимой? Ведь ничего не предвещало этого еще в прошлую пятницу… 

Истории о том, кто как провел тот вечер, 18 февраля, слушать сейчас занятно – кто-то был в кино, кто-то играл с друзьями в боулинг, кто-то стоял в очереди за билетами на выходные в цирк. Не включив телевизор, ты мог пропустить первые несколько часов войны, даже не догадываясь о том, что твой привычный мир кардинально меняется.

Я хорошо помню страх после лета 2014 года, что мой ребенок не будет разговаривать после всех обстрелов и многих часов на полу. Но он был жив, здоров физически и накормлен. 

Как-то в ответ на мою жалобу о сильном испуге сына соседка попросила привести его к ней – она хотела умыть и обтереть подолом халата его лицо, давнее народное средство от сильного детского испуга. 

Сейчас я думаю иначе, чем тогда. Пусть мой ребенок не будет вдоволь сыт, но лучше бы он никогда не приседал от звуков, похожих на выстрелы, и не рисовал войну. 

Вечером в понедельник, 21 февраля, буквально все следили за российскими новостями с обещанным включением Путина.

Сразу после официального признания пошла поздравительная перекличка и чье-то отрезвляющее "Посмотрим, что будет дальше". Среди друзей мнения, далекие от эйфории. Никто не рассчитывает, что признание и ввод войск будут мирными.

У подруги дети в деревне. Там же старший сын прячется от мобилизации. Она рыдает дома, что дети уехали экстренно с запасом трусиков на неопределенный срок. Уезжать в Россию не к кому.

В отличие от событий 2014 года, прятаться в погребах сейчас очень холодно, хотя мы все запаслись водой, свечами, теплыми вещами.

Тема мобилизации продолжает оставаться основной. В городе, в магазинах, на дорогах только старики и женщины. 

Вечером накануне признания прозвучал сильный взрыв – под машину Михаила Филипоненко (руководитель представительства  "ЛНР" в СЦКК). Взрывчатка была заложена в самом центре Луганска, в доме рядом вылетели все стекла, посекло дорогу.

Весь день лихорадит. Стрельба. Страх. Неясность. Вопросы "Ну, что у вас?" и "Что будет дальше?".

Ощущение, что признанию "республик" больше всех радуются местные депутаты, которые подпрыгивали на видео, ответом на которое в социальных сетях была сотня гневных комментариев – почему все эти мужчины не мобилизованы?! Вечером будет концерт на Театральной площади. 

Подозрительно быстро собрана сцена и готова растяжка. Все это наводит на мысль, что знали обо всем заранее, готовились. 

И снова сотни вопросов об уместности праздника в городе, где взрывают машины и не стихают выстрелы.

Анна Восточная, Луганськ, спеціально для УП. Життя

Фото надані авторкою

Вас також може зацікавити:

О том, что происходит сейчас. Записки из ОРЛО

Так сложилось или некуда ехать: почему люди остаются в ОРЛО?

Записки из "ЛНР": ирония всего случившегося очевидна

"В нынешнем Крыму поражает многое"

Хочете дізнатися більше здоров'я та здоровий спосіб життя? Долучайтеся до групи Мамо, я у шапці! у Telegram та Facebook.





Головне на сайті