На нашей улице никому не помогли

4
25 квітня 2015

Три месяца назад трагедия Мариуполя приковала к себе внимание миллионов людей во всем мире. Шокирующий своей жестокостью и абсолютной бессмысленностью расстрел мирного микрорайона "Восточный" побудил людей доброй воли объединиться вокруг беды украинского города.

Благотворительные фонды, международные организации, государственные структуры и волонтерские группы бросились на помощь. В Мариуполь шли фуры со строительными материалами, одеялами, продуктами, на счета городской администрации перечислялись деньги.

Первые две недели "Восточный" больше походил на муравейник — люди стучали, латали, мели и выгребали мусор. В те дни казалось, что последствия обстрелов быстро удастся устранить. А ну-ка, столько людей прилагают к этому силы. Тем сильнее стало разочарование.

Сегодняшний Восточный – это все еще сотни заколоченных фанерой  или затянутых пленкой окон, слегка притоптанные, но все те же воронки от снарядов на тротуарах и спортивных площадках, до сих пор не убранные сгоревшие и искореженные машины на автостоянке возле церкви. Следы обстрелов повсюду. Никто не заботится о том, чтобы их стереть и помочь людям поскорее забыть этот кошмар.

24 января 2015 года под  "Грады" и "Ураганы" боевиков попало 290 объектов инфраструктуры. Таковы окончательные цифры статистики. Больше всего досталось домам частного сектора — в той  или иной степени было разрушено 207 зданий.

На апрельской сессии городского совета мэр Юрий Хотлубей назвал новую сумму, необходимую для восстановления микрорайона  - 100 миллионов гривен.

Для мариупольского бюджета – это заоблачная цифра. В Орджоникидзевской райадминистрации ("Восточный" относится к этому району) шутят: "Чем меньше денег вы попросите, тем больше шанс, что вы их получите".

Руководствуясь такой логикой, то семьям, у которых после прямого попадания снаряда вообще не осталось дома, а ущерб только от потери жилья оценен в 700-800 тысяч грн (не считая оценки потерь уничтоженного имущества), вообще ничего не светит.

Если вы думаете, что лучше обстоят дела там, где разрушения небольшие, вы глубоко ошибаетесь. Без поддержки остаются и те, для которых решение проблемы заключается в суммах, многократно меньших.

Маленький пример. Федор Петрович Бубур, одинокий пенсионер, целыми днями пропадает на свалке. Он ищет там старые кирпичи, оббивает их от остатков цемента и на маленькой тачке тянет это добро домой. Волонтеры помогли Федору Петровичу вставить стекла в окна.

На листы шифера, которые сорвало с крыши ударной волной, он уже махнул рукой — затянул дыры пленкой.  А вот газовый котел, в который попали осколки, восстановлению не подлежит. С 24 января старик живет в холодине. В его умывальнике лед. Пока стояли палатки для пострадавших, спасался тем, что среди ночи шел туда греться. Когда палаточный городок свернули, совсем стало плохо. Еле перезимовал.

Он шутит, что "стер ноги до колен", обивая пороги городской и районной администрации. А всего и нужно ему было 2 тысячи штук кирпича и машину песка. Вместо этого дали 2 мешка цемента. В общем, помогли.

За пару часов прогулки по "Восточному" таких историй насобирала с десяток. Не услышала ни одной позитивной. Все твердят одно и то же: "На нашей улице никому не помогли". Одним вовсе не выделили никаких денег, другим выделили такую мизерную сумму, что не хватает даже на замену одного окна.

Заместитель председателя Орджоникидзевской райадминистрации Сергей Коробских, рассказал, что только 10% жителей смогли вставить окна за свой счет, еще 30% процентам жителей помогли промышленные предприятия. Какую-то часть за собранные средства восстановили волонтерские организации. Суммируем и вычитаем.

Простая арифметика: спустя три месяца около 50% жителей имеют нерешенные проблемы с остеклением и заменой пластиковых окон, что уж тут говорить о разрушенных стенах, снесенных крышах, балконах и лоджиях.

Власти последний месяц усиленно пытаются "перевести стрелки" на 180 градусов  - в сторону государства. По квартирам, пострадавшим от обстрелов, стали разносить памятки с пояснениями, как подавать в суд на государство Украина, чтобы отсудить себе компенсацию.

Главный месседж горадминистрации звучит так: "Мы хотим помочь, но государство нам денег не дает". И, возможно, такой посыл даже достиг бы цели, если бы не одно но.

Например, строительные материалы, переданные пострадавшим жителям, как будто растворились. Никто не знает, сколько было распределено и кому, куда подевались остатки и почему склады на "Восточном" пусты.

Волонтеры говорят, что остатки материалов передали в ЖЭКи. Но Федор Петрович Будур, который обращался в один из них, так и не смог получить шифер на крышу, и кирпич ему не дали, и песка не нашлось.

Нет прозрачности и в вопросах распределения материальной помощи. Горожанам только сообщили, что было подано 800 заявок, 520 из них  удовлетворили – все! Кто эти люди, которые получились помощь?

Зато вместо ожидаемых денег у пострадавших появился опыт бесполезного хождения по кабинетам.

"Петр Дзюба, управделами исполкома, любезно помог нам написать заявление на материальную помощь. Мы написали под его диктовку. А когда  подошли к нему во время сессии спросить, какова судьба заявления, он только плечами пожал", - рассказала Инна, пострадавшая с ул. Кузбасской.

В ее дом влетели сразу несколько снарядов. Один из них разорвался на крыше. Семья из 5 человек снимает жилье и не представляет, как строить свою жизнь дальше.

А тем временем в депутатских комиссиях всерьез решают вопрос о выделении 32 млн. грн на озеленение.

Крупным бизнесменам не стесняются предлагать материальную помощь в размере полмиллиона гривен. 

powered by lun.ua