(Не)история успеха: почему люди возвращаются жить в "ЛНР"

68406
4 жовтня 2020

От редакции: Автор этой колонки публикуется под псевдонимом в целях безопасности. Публикации в рубрике "Погляд" не являются редакционными статьями и отражают исключительно точку зрения автора.

Почему из Луганска не уезжают все?

Или почему уехав, вернулись?

Причин наберётся с сотню, но, в общем-то, все истории очень похожи.

Чтобы уезжать, нужна смелость, авантюризм и некоторые сбережения.

Или то место, куда хотя бы теоретически можно поехать, чтобы зацепиться, пусть туда звали очень условно, но всё-таки звали.

Знаю очень многих, чей мир в силу возраста и одиночества ограничивается Луганском.

Где-то есть родственники, но если ты последние лет тридцать с ними никак не общался, с чего бы их разыскивать и так обременять собой?

Многих это не останавливало, и родственники из просто дальних получали статус людей с другим мировоззрением, чужих, врагов на всю жизнь.

При встрече оказывалось, что никто не готов к долгому совместному проживанию, а многие начинали выяснять с приехавшими их политические убеждения и навешивать ярлыки, что это вы у себя сами там всё начали, а теперь ещё и недовольны чем-то.

А теперь представьте себе того, кто чувствует себя со всех сторон пострадавшим – на его землю пришла война, он вынужден был уехать, а тут ещё его во всем и обвинили – за всех сразу.

И если дома были налаженные связи, работа, жильё, то на новом месте приходилось начинать с нуля буквально всё.

Оказывалось, что в Луганске уйма людей знала тебя очень неплохим специалистом и надёжным другом, а на новом месте тебе приходилось доказывать это, а на это уходили не месяцы, годы!

Выдерживать стресс нового города, бесконечных рабочих мест, упрёков в Луганской прописке, недоверия, это ведь под силу далеко не всем.

И человек свыкался с тем, что лучше жить за копейки, но дома, чем на новом месте, где тебя не знает никто.

Оказывалось, что у многих просто не сформированы эти навыки борьбы за себя.

Почему из Луганска не уезжают все? Или почему уехав, вернулись?

"Иду по Киеву и ищу в толпе знакомое лицо. И никого не знаю. Высматриваю каждый день какого-то знакомого.

Это очень тяжело – ты чужой и вокруг все чужие. Бывает, даже шкаф не с кем перенести", – рассказывает знакомая.

"Мы с товарищем шли по Нью-Йорку.

Мы тогда очень много работали, брались за все. И я уже плохо понимала, какой это был по счёту рабочий день у меня, потому что делала буквально всё – и в костюме куклы листовки раздавала, и убирала квартиры, и официанткой работала.

Я могла спать по нескольку часов всего за двое суток. И ясно было только то, что работать так нам ещё очень долго.

И вот мы идём, солнце слепит – и, вдруг, украинский флаг с балкона свисает. Мы переглянулись, и бросились в ближайший магазин, торт купили, бегом наверх. Даже не думали тогда, что дома никого нет или нам никто не откроет.

Мы тогда просто торт с этими людьми ели, и мне так хорошо было – этот час был часом силы для меня.

Как будто этот флаг именно нас ждал, чтобы поддержать.

Как знак, что смогу ещё много работать, сколько придётся, потому что у меня в Луганске остались мама и бабушка", – писала мне знакомая.

Вернувшиеся домой, конечно, винили во всём обстоятельства. Никто не ждал в новой жизни. Никто не звал.

Земля оказывалась слишком жёсткой в новых городах – больно падать, до слёз.

И вспоминалось отчего-то, как дома хорошо – и диван свой скрипучий, и обои в цветочек, и теплый запах сонного дома по утрам. И врачи в поликлинике знакомые, и даже в хлебном киоске продавец всегда здоровался. Это все было, прям, последней каплей – лучше хоть как-то, но дома.

И, знаете, эти вернувшиеся, побитые жизнью, становились другими. Дом свой для них стал многое значить, а люди вокруг стали давать силу.

Это не уезжавшим не с чем было сравнивать, и они ещё жаловались на что-то, были недовольны, а этим, вернувшись, многое становилось понятно. И главное, что лучше начинать именно здесь, где ты не один.

"Мы уехали в 2015-м с моим парнем. Мама нас прямо вытолкнула, сказала, что здесь жизни не будет.

Мои родители и родители моего парня собрали нам денег, и мы полетели в Норильск – там у моего отца был брат, он говорил, что поможет. На билеты ушла уйма денег, но ближе у нас никого не было.

Мы сразу решили, что снимем квартиру, чтобы дядю не стеснять.

Дядя и его жена, они, в общем-то, хорошие люди, но они всё себе иначе представляли. И помочь тоже особенно ничем нам не могли.

Мы стали искать работу сами. И знаете, как это было? Мой парень устроился мойщиком машин. По 12 часов каждый день.

Меня поначалу не брали – опыт у меня был небольшой, а высшее образование было незаконченное.

Было и такое, что, будто бы, брали меня, а после узнавали, откуда мы, и швыряли паспорт в лицо: "Нужны вы здесь из Донбасса".

Я потом нашла работу, тоже целыми днями – в странной фирме, по телефону предлагать товар. Но я и этому была рада.

И выходило, что мы целыми днями работали, чтобы оплачивать съёмную квартиру, в которой только спали.

Раз в неделю я готовила на неделю, больше не могла, не было сил. Мы всю неделю это и ели по вечерам, а часто даже на это сил не было.

Можно было бы пойти погулять, город посмотреть. Но на это нужны были деньги, а у нас каждая копейка была на счету – мы же ещё гражданство оформлять начали.

Папин брат только и делал, что нас поучал – ему казалось, что всё можно как-то быстрее и иначе получить. И мы так полгода прожили.

А потом я сказала, что больше не могу. Без семьи, без своего города, без поддержки. И нам снова родители деньги собрали, чтобы мы вернулись – своих у нас не было на дорогу.

Я не жалею, что мы вернулись. Даже не представляла до этого, что так привязана к своим родителям и семье, и парень мой, оказалось, тоже.

Друзья спрашивали, что мы привезли из этой поездки. А мы только и купили, что свитер и сумку – на всём там экономили".

Очень здорово слушать истории побед. Когда уехав, смогли. Выдержали, не сломались, не вернулись.

Но такие истории хороши как фильмы – в перемотке. Когда ты знаешь начало и конец истории, а середину со всеми случившимися трудностями ты перемотал, чтобы не огорчаться.

И, конечно, кажется, что и я бы смог – чего же, разве хуже.

Только какой ценой?

Ценой разлуки с детьми, с родителями, со своим домом, с друзьями. Со всем тем, что было твоим миром целую жизнь.

А между тем вокруг множество тех, кто помог уехать, взяв на себя внуков, присмотр за оставленными квартирами, закрыв глаза на то, что в городе больше никого не осталось.

Но о таких вещах почему-то очень редко говорят в контексте того, что где-то там, на новом месте, смогли.

Анна Восточная, Луганск, специально для УП.Жизнь

Публікації в рубриці "Погляд" не є редакційними статтями і відображають винятково точку зору автора.

Вас також може зацікавити:

Зимние каникулы в Луганске: убедиться, что решение уехать было правильным

Старики "ЛНР": счастье быть нужным и помогать

Украинская и луганская связь в "ЛНР", или Как теряются контакты с Украиной

Боюсь пропустить материнство, или Почему я остаюсь в "ЛНР"

Ми хочемо тримати з вами зв'язок. Будемо раді бачитися і спілкуватися з вами на наших сторінках у Facebook та у Twitter.

А якщо хочете бути в курсі лише новин та важливої інформації про здоров'я, підписуйтесь на нашу Facebook-групу про здоров'я та здоровий спосіб життя.

powered by lun.ua