Как живется в Луганске после 2014 года: 4 истории

15892
17 жовтня 2021

От редакции: Автор этой колонки публикуется под псевдонимом в целях безопасности. Публикации в рубрике "Погляд" не являются редакционными статьями и отражают исключительно точку зрения автора.

"Я – Катя. Мне 69 лет. Я вожу тачки уже три года. Раньше я работала на "железке" в Луганске. Мой сын до войны был торговым представителем в Луганске по воде, но у нас дом в Станице, а работа у него была в Луганске.

А какая работа после 2014 года? Мы поначалу выращивали овощи на продажу, но с этого года ввели ограничения по весу ввозимого в Луганск груза. А что нам те 75 кг, которые можно отвезти в Луганск раз в день?

Все, что вырастили, не смогли продать, потому что вокруг у всех такие же огороды, раньше все овощи возили в Луганск, а в этом году закопали весь наш урожай.

И соседка предложила нам пойти тачечниками. Мы купили две грузовые тачки – мне и сыну. Одна грузовая тачка стоит 850 грн, но мы переоборудовали их.

Заменили подшипники, усилили. Каждая тачка вышла нам в 1150 грн. Выходим в 7:00, возвращаемся в 17:00 или как выйдет. Заработок всегда одинаковый – 300 грн за тачку, только одна тачка в день.

Нет, это не тяжело, мы привыкли. Все равно никакой другой работы у нас нет. Но это хорошая работа и не так чтоб тяжелая. Многие ведь приезжают работать каждое утро и из Лутугино, и из Коммунарска, и пешком ходят к мосту, выходят в четыре утра, кто далеко живет.

Мы невестку брали работать с собой, но она не смогла. Потолкала тачку несколько раз и заболела сильно. Раньше она ведь тоже работала в Луганске, в бухгалтерии. Это до войны.

Теперь она дома все время. Готовит, подаёт нам, печь любит. Мы от газа отказались, готовим только на нем, а топим дровами. 

Кто-то попал яблоки возить, а мы с сыном возим колбасу, чтобы вам в Луганске не так дорого было жить".

***

"Я – Олег, мне 26. Я пошёл "служить" два года назад, потому что где ещё было заработать в Луганске? Специальности у меня особой не было, а привод в милицию уже был.

Мамка умерла сразу после 2014 года, а дом у нас был в деревухе. Меня определили в учебку, и через время я пошёл в самоволку. Со мной ещё ребята были.

Мы набрали выпивки, и посидели вечером на водоеме. А потом кто-то предложил пойти скупнуться, потому что жарко было тогда.

Не помню, кто ещё пошёл, но я залез на бугор, был там над водой, типа, холм, и прыгнул. Очнулся я уже в больнице. Оказалось, что там камни были или ещё что, но я сломал спину, когда прыгнул. Хребет перебил.

Я не помню, что там было дальше, мне уже ребята после рассказали. Вытащили они меня из воды, а я во всем обмундировании, как ушёл с учебки. Живой или мертвый, не поймёшь.

Они испугались, позвонили старшине. Тот прибежал. Они меня раздели. Все сняли с меня, даже трусы, потому что на мне только форма была, даже  трусы из обмундирования.

Полный же пансион, так сказать, как обещали. Надели чьи-то семейняки на меня на голого, типа, пьяный пришёл освежиться. Всех с моей одеждой отправили в учебку, а мне вызвали "скорую". 

Потом капец, конечно, был полный. Какая там операция. Вывели катетер мне через живот. Я же даже мочиться сам не могу. А куда меня денешь после больницы? В деревухе никого.

Мамка померла. Жены не было, родичей тоже. И меня определили в дом престарелых в Луганске. Помогли, типа, того. Конечно, никакой компенсации или регресса.

Лежу с дедулей в палате, телек смотрим вдвоём. У меня пальцы большие шевелятся на руках, а мой сосед пульт переключает. "Армия" от меня открестилась.

Не было такого, не числился, не знаем. Даже в списках у них не значился. И, кстати, я не один такой в этой богодельне. Ещё есть один герой всех войн и революций.

Только меня забрать некому было – кому такое счастье нужно с перебитой хребтиной? А того родная матушка сдала. У него после 2015 осколок в голове остался. Он поначалу просто лечился, а потом стало ясно, что лучше ему уже не станет. Он как дитя малое стал. Счастливый.

Жена его с дочкой сразу свалили в Украину. А матушка сказала, что он пока в "санатории" поживет. Типа, идёт там на поправку уже три года. И он здесь живет.

Ему что год, что три, все одно. И, кстати, вполне счастливо он живет. Верит, что скоро полностью вылечится. Коптим воздух на пару. А все в больнице нас обоих называют одинаково – ополченцами".

***

"Я – Юля. Мне 29 лет. Я тачечница. Живу в Чугинке. Раньше на "Миламе" работала, но у меня рука в отсадочный станок попала.

Два пальца отрезало совсем, один только до фаланги. Дали регресс. А за мной двое детей. Куда я пойду? И я теперь на тачках работаю. На яблоках. Не тяжело вообще, все получается.

За мной мои дети, рассчитывать не на кого. Только у меня проблема – сын молчит все время. Мы в 2014 году в погребе сидели. А  бахали тогда сильно.

Старший отошёл, а младший молчит, испугался сильно. Надо бы его в больницу, обследовать, но когда мне, если я одна с ними, и тачки каждый день у меня? Говорят, школа могла бы помочь, но у нас и садика нет рядом никакого". 

***

"Я Эльвира Петровна, мне 68 лет. Всю жизнь я работала учителем музыки, и у меня была хорошая и интересная жизнь.

Мой муж умер в 2015-м, а мама в 2016 году. Я осталась одна, потому что детей у нас не было. И самое тяжёлое для меня – одиночество, потому что друзей в этом возрасте уже нет, а моя единственная подруга умерла в тот же год, что и мой муж.

Я осталась одна, хотя у меня есть квартира, и мне почти не на что жаловаться, денег мне одной хватает. Я могла бы пойти снова работать, меня бы взяли. Но я не хочу никого видеть, я устала от людей, от разговоров, от проблем.

И больше всего я устала от походов в Украину, потому что я не могу больше видеть и слышать то, что происходит в этих очередях. Я одеваюсь как бомж и никуда не смотрю.

Я хочу быть неприметной и маленькой, чтобы меня не видели и не замечали. Я думаю, что меня нет в этот момент здесь, во всём этом происходящем ужасе.

Я стараюсь думать о своём, не смотреть никуда и не отвечать никому. И я не могу спать перед этими походами несколько дней, и не могу спать после.

И ещё мне не с кем поговорить о том, что я чувствую, потому что у меня никого не осталось. И мой единственный друг сейчас, если так бывает, это интернет".

Анна Восточная, Луганск, специально для УП.Жизнь

Публікації в рубриці "Погляд" не є редакційними статтями і відображають винятково точку зору автора.

Вас також може зацікавити:

"В нынешнем Крыму поражает многое"

Какой он – учитель в "ЛНР"?

Зимние каникулы в Луганске: убедиться, что решение уехать было правильным

Старики "ЛНР": счастье быть нужным и помогать

Боюсь пропустить материнство, или Почему я остаюсь в "ЛНР"

Хочете дізнатися більше здоров'я та здоровий спосіб життя? Долучайтеся до групи Мамо, я у шапці! у Telegram та Facebook.



powered by lun.ua